И имею к тому, скажу честно, веские причины. Объяснить?
– Объясни.
– Меня намереваются отправить на инвалидность по ранению. До сих пор я еще нахожусь на службе и остаюсь у командования на хорошем счету. В случае судимости, пусть даже с минимальным сроком, пусть даже с условным, меня вынуждены будут уволить из армии. На инвалидность это, естественно, не повлияет. Инвалид, как я понимаю, перед законом несет точно такую же ответственность, как и полностью здоровый капитан спецназа ГРУ. Но вот пенсия будет ниже раза в три, если не больше.
Сейчас я могу надеяться на «боевые» доплаты. В случае увольнения меня из армии до того, как я официально пройду комиссию в госпитале, я буду лишен и «боевых» выплат, и многих льгот участника боевых действий, и вообще окажусь чуть ли не бомжем, потому что сейчас занимаю служебную квартиру в двухквартирном доме в военном городке, и собственной жилплощади не имею. Как участник боевых действий и военный инвалид, я могу рассчитывать на получение жилплощади. Как уголовник – буду лишен всех заслуженных прав.
Как вы считаете, должен я поддаться на ваши уговоры и взять на себя чужую вину, чтобы облегчить жизнь следствию? Но что тогда будет с моей дальнейшей жизнью? Понимаете мои мотивы?
– Мотивы весомые, – не мог не согласиться старший следователь. – Но они не могут служить оправданием и доказательством твоей, капитан, невиновности. Это не контраргумент против обвинения. К сожалению, на видеозаписи ты везде стоишь спиной к камере. И именно поэтому я так долго с тобой разговариваю.
Повернись ты хоть на секунду вполоборота, и все разговоры прекратились бы. Тем не менее у меня нет сомнений, что это именно ты. Когда тебя задерживали – не знаю, заметил ты или нет, – но я внимательно рассматривал тебя издали. Узнать пытался. Со спины, сбоку... И узнал. Движения твои...
– Это не доказательство.
– В отдельных случаях закон разрешает выносить суду решения по совокупности косвенных доказательств. Боюсь, что в данной ситуации нам придется именно так и составлять обвинительное заключение.
Хотя это дополнительная морока. Но я понял твои аргументы и, к сожалению, должен согласиться, что у тебя есть причина до последнего цепляться за возможность оправдаться. И больше уговаривать не буду.
Дверь после короткого стука открылась. Вошел человек в штатском.
– Все готово.
– Веди, – распорядился Воронец.
Далеко меня, впрочем, не увели. Конвоиров за дверью не было и на меня даже наручники не надели. Просто повели по коридору.
