Стимул у него был весомым. Теперь делить на троих пятьдесят тысяч баксов за отрезанную голову не было необходимости.
Я вздохнул и, пользуясь тем, что нахожусь в двух с лишним метрах от вооруженного бандита, к тому же лежащего, привалившись спиной к стенке между «шконками», рискнул и наклонился, чтобы надеть сапоги. Я подставлялся, готовый встретить атаку. Но носатый бандит атаковать не собирался. Он намеревался ждать момента, когда я совсем расслаблюсь, и сам предложу ему свое горло для незамысловатой хирургической операции.
Значит, еще и трус ко всему прочему. Но это его проблемы. Я же свои проблемы решаю сам. Обулся и дал пинка под основание его великолепного носа. Я знаю, какая боль возникает от такого удара. Бандит взвыл и попытался двумя руками прикрыть лицо, но в руке у него была зажата бритва, и он сразу располосовал себе лицо сверху донизу. И хорошо, что сделал это сам.
Я намеревался было нанести второй удар, теперь пяткой в лоб, чтобы отключить его, но тут заскрипел замок в двери, она торопливо распахнулась и вошли два давешних охранника.
– Кого опять убивают? – лениво спросил первый, широко позевывая пастью с гнилыми зубами. Вообще-то такую пасть лучше держать закрытой даже в СИЗО. А то появляется желание закрыть ее кулаком. Но я сдержался. Я умею себя вовремя останавливать.
Второй, видимо, уже понял, что произошло совсем не то, что должно произойти, и молча смотрел на меня.
– Вон с тем носатым осторожнее, – сказал я.
– У него бритва в руках.
– А его-то кто располосовал, если бритва у него? – поинтересовался второй охранник.
– Сам себя и располосовал. Я эту бритву в руки не брал. Можете отпечатки проверить. Смотрите, чтобы он вас не располосовал.
Я соблюдал вежливость и разговаривал строго на «вы».
– Похоже, мы «попали»... – чуть не плача сказал первый, что совсем не вязалось с его манерой обращения со мной. Забирая бритву у носатого и рассматривая рану на его лице, он убедился, что она была глубокой, до кости.
Двум другим помощь, кажется, уже не требовалась.
– Что, теперь и заплатить некому, и со службы погонят? – спросил я.
Глава шестая"
"Когда все закончилось и я остался в камере один, меня перевели в другую. Логики я не понял, но она, логика, всегда кончается там, где пытаются заработать «вертухаи». А когда это у них срывается, они приходят в недоумение. Хотя голову полностью тоже не теряют и о своей безопасности думают.
