Следовало ожидать атаки со спины, а это всегда бывает неприятно, если противник хоть что-то смыслит в самообороне. И я для страховки и осмысления ситуации не глядя нанес прямой удар ногой за спину, с отклонением корпуса вперед. Каратисты зовут этот удар обратным мае-гери, но я вообще сам каратистской терминологией никогда не интересовался, и солдатам не рекомендовал изучать отдельные удары, потому что все они, на мой взгляд, должны наноситься только исходя из ситуации. В данном случае я ситуацию не видел, и попытался компенсировать временную потерю контроля.
Оказалось, что это было излишне. Последний противник не собирался драться один на один – это было для него слишком опасно – и начал обеими руками колотить в дверь:
– Спасите! Убивают!
Поскольку он попал сюда, то наверняка сам кого-то или убивал, или грабил. Теперь ситуация повернулась для него в обратную сторону. Но я жалеть его не собирался. До парня было три с половиной шага. Мне хватило разбега для высокого прыжка, чтобы опять же ударить коленом в позвоночник.
В этом прыжке я мог бы достать и до затылка, но необходимости не видел. Да и удар в позвоночник часто имеет более серьезные последствия, чем обычное сотрясение мозга. Что и произошло. Парень согнулся пополам, но в обратную сторону. Здесь тоже можно было смело гарантировать перелом позвоночника. Если и останется каким-то чудом в живых, то свои недолгие оставшиеся дни проведет в лежачем положении. Но думать ему следовало раньше.
Я резко обернулся, не слыша, но чувствуя за спиной какое-то изменение ситуации.
При первом беглом взгляде мне показалось, что вроде бы ничего не изменилось. «Расписной» или уже простился с этим светом, или намеревался сделать это, находясь в глубокой коме. Первый, что лез на меня с бритвой, получив удар коленом в висок, а потом, при падении навзничь, кажется, еще и ударился затылком об острый угол «шконки», в себя еще не пришел. Его неимоверных размеров нос отчего-то кровоточил, хотя по нему я не бил. Наверное, давление у парня неважное. Но он был жив, как показывало дыхание.
И ладно, пусть живет и знает, что вырвался из лап Смерти. Пусть хвастается этим. Я не всегда бываю кровожадным.
Бритва...
Бритвы не было на месте, хотя я хорошо видел, как «расписной» ее уронил. Впрочем, она тут же нашлась – зажата между пальцами и ладонью носатого. Значит, он в сознании, значит, он ждет момента, чтобы после первой неудачной попытки все-таки добраться до моего горла и с опозданием сделать то, что не сумел сделать сразу.
