Дом принадлежал какому-то ведомству.
– Еще у Василисы есть дача на Николиной горе, – продолжал Кузя, – фазенда ей досталась по наследству от папы с мамой. Небольшой такой домик, почти тысяча квадратных метров на участке в гектар.
– Кто у нее родители? – заинтересовался Дегтярев.
– Отец был известным художником, обладателем всяких премий, – отрапортовал Кузя, – мать – профессор, доктор исторических наук, преподавала в вузах, где обучали художников, скульпторов, искусствоведов. Работала во Франции, Италии, специалист по ювелирному искусству.
Дед герой двух войн, Гражданской и Отечественной.
– У семьи были средства, – протянул Собачкин.
– Если сейчас у Герасимовой нет денег, она может сдать дачу или квартиру и прекрасно жить на арендную плату, – сказала Марина.
Кузя оторвался от ноутбука.
– Возможно, Василиса так и поступила, но никаких подтверждений этому нет.
Я пошла к чайнику.
– Можно пустить людей жить без оформления договора. Если у тебя хорошие отношения с соседями, а съемщики тихие, то проблем не будет.
Марина тоже поднялась.
– Налоговая привяжется.
– Пусть докажет, что получаю прибыль, – встал на мою сторону Леня, – если тугрики передаются из рук в руки, а не переводом на счет или на телефон, то можно сказать: «Поселила на даче подругу, помогаю ей, ни копейки не беру!» И вообще не Герасимова должна оправдываться, что не использует недвижимость для наживы, а мытарю надо представить доказательства сдачи квадратных метров.
– Не стоит уходить в сторону, – повысил голос полковник, – сдает, не сдает! Ненужная информация. Вот то, что она имеет элитную недвижимость как в Москве, так и в области, – интересно. Визит к нам на развалюхе, которую приобрел Щукин, тоже нельзя оставить без внимания. Василиса хотела произвести впечатление нищей особы. По какой причине?
Я попыталась найти объяснение:
– Некоторые люди стесняются своих денег. У Смоляковой есть роман о человеке, который жил в избе без света и воды.
Лишь после его смерти выяснилось, что он был очень богат.
– Избавь нас от выслушивания глупых сюжетов безумного автора детективов, – разозлился Дегтярев. – Герасимова не производит впечатления психически больного человека.
Сеня взял свой телефон."
"– Слушаю вас. Да, да, верно. Галина Петровна. И что? Покажите ей куда идти!
Потом он положил трубку на стол.
– Вот же странные люди.
