Мы умеем быть хорошими, если нас очень сильно попросить, так ведь, Санёк?!
Я рыдаю ему в руку и мычу, сопротивляюсь, как могу, но он сильнее меня.
– Помогите! Господи, помогите хоть кто-нибудь! – ору во всю силу голоса в надежде, что кто-то откликнется на мой зов о помощи, когда он ослабляет хватку, отвлекшись на своего друга.
– Какого чёрта ты называешь моё имя, сука?!
Да, один из них спалился, но сейчас для меня это не имеет никакого значения.
И тут случается то, что заставляет этих мерзавцев притихнуть. Из динамика моего телефона, что лежит на земле, доносятся дикие крики моей подруги и стоны Марка.
– О как?! Кажись наша милашка та ещё шалунья! Чего так яро убегала от нас, раз сама тоже разделяешь наше желание?! – скалится в хищном оскале, далеко напоминающем ухмылку тот, кого Саньком назвал первый. – Хочешь так же, ммм? – ну-ка Димка, проверь, насколько сильно она хочет!
– Сука, я же случайно твоё имя сказал!
– Считай, что я тоже.
Я начинаю мычать и жалобно глазами просить не делать этого. Слёзы градом капают из моих глаз.
Истерика бьет по всем нервным окончаниям, и я теряю сознание, не в силах принять всё то, что они собрались со мной сделать.
Я мечтала о красивой истории с любимым человеком, который должен был стать моим первым мужчиной, но судьба жестоко обломала мне крылья и теперь всё, о чём я могу мечтать, это потерять память, чтобы больше никогда не вспоминать эту ночь.
Этой ночью меня предали, обесценив всё то, что было дорого моему сердцу. Думала, что хуже его измены ничего не будет, вот только я очень сильно ошиблась.
Не помню, как я пришла в себя, но очнулась я там же, где меня и поймали. Я лежала и не могла шевельнуться, всё тело болело и внутри и снаружи. Я не могла дышать, всё внутри горело огнём, и душа и сердце. Я никогда и никому не смогу объяснить эту боль и обиду.
Моё платье было разорвано, как и моя душа. Кому же я теперь такая буду нужна?! Как мне с этим дальше жить?
Я вся тряслась в рыданиях. Кричала и проклинала всех. Никто не пришел на помощь, никто не пожалел меня.
Я так долго и громко кричала, что голос больше не вынес издевательств, он просто угас, как и вся моя жизнь.
Раздался звук телефонного звонка, лежащего недалеко от моего растерзанного тела, еле-еле дотянулась кончиками пальцев и увидела на экране слово мама.
Я зажала губы рукой и завыла. Не смогла принять вызов. Она не выдержит, нельзя! Что я буду делать, если с ней из-за меня что-то случится?! Не хочу, чтобы она тоже, как и я горела в огне.
