— У тебя там сколько ртов? Тысячи? Ты бы в чьих лесах зверье истреблял? Из чьих амбаров зерно выгребал, чтобы прокормить всех? Или это в договоре где-то мелким шрифтом прописано было?
— Я не думал, что ты такая умная! Женщина ведь, — сказал, а у самого взгляд такой невинный, будто это я еще и виновата во всех его бедах.
Шумно выдохнув, уткнулась лбом в его плечо и мысленно досчитала до пяти... потом до десяти...
— Гнать тебя нужно в шею, генерал, вместе с твоими друзьями и воинами. Гнать мокрыми тряпками до самых границ.
Баба я, выходит. Тупая и слепая, а еще, наверное, читать не умеющая. И как с тобой после этого вообще разговаривать?"
"— Рьяна, — он обнял, крепче прижимая к своей груди. — Я язык вырву клещами любому, кто о тебе так скажет. Там на дороге, когда я услышал шепотки — «сама фера явилась» — обернулся. Ожидал увидеть холёную особу в соболях. А заметил женщину в грязном платье, злую, с кровью на ладонях. Сразу было понятно, что передо мной грозный противник. Именно в тот момент я понял, что план мой, мягко выражаясь, трещит по швам.
А когда ты в ту сумку полезла, как представил, что ты сейчас все прочтешь... Мысленно уже приготовился держать оборону и прикидываться полным идиотом. Но там, на мое счастье, оказались эти поддельные бумажки. И одно я тебе скажу, какое счастье, что предыдущих четырех гонцов вы, похоже, не нашли. Иначе не сидел бы я сейчас здесь с тобой, а вдоль твоих границ бродил неприкаянным дураком.
— Ну почему не находили.
Помниться лет десять одного Морган в реку спускал, — прошептала куда-то ему в рубашку.
— То отца были, не считается, — отмахнулся Айдан. — Поцелуешь?
— Обойдешься. Ты мне еще не на все вопросы ответил.
Айдан скривился и снова нагло полез под подол моего платья.
Глава 63
Бросив взгляд на лист с черновым вариантом договора, усмехнулась и, обхватив наглые лапища дракона за запястья, слегка вонзила в его кожу когти.
— Айдан, не выйдет, — шепнула ему на ухо, поставив подбородок на мужское плечо.
— И еще... Ищи себе комнату. В моей, мужчина, ты ни сегодня, ни завтра точно спать не будешь.
— Обиделась! — печально выдохнул он, но руки из-под платья не убрал. — Ну, Рьяна, кисонька моя, мы практически не были знакомы. И заметь, я мог пойти войной, но...
— Какой войной, ящерка моя? — мило прощебетала, усиливая нажим когтей. — Мог бы пойти — уже воевали бы. Нет, лис ты рыжий. Ты силы бережешь. Понимаешь — местность здесь горная.
