— Ты невозможный тип!
— Угу, — снова довольно простонал он. — Никогда не думал, что меня будет так заводить разъяренная женщина. Ты такая дикая, когда злишься, Рьяна. Так бы и завалил тебя на этот стол. Задрал подол твоего платья и... М-м-м.
— Что? — Я снова попыталась слезть с него, но кто бы мне дал.
Эта наглая ящерица будто нарочно терся об меня, вызывая дикий жар, волной идущий от макушки до кончиков пальцев на ногах.
— Перестань! — взвизгнула, чувствуя, как непроизвольно сжимаются бедра. — Я тебя выпну! Сегодня же!
— Угу, — простонал дракон.
— А я тут же приползу на брюхе обратно.
— Айдан, я не шучу! Ты меня обманул! Ты воспользовался моим... моим... Чем ты там воспользовался?"
"— Твоей добротой и способностью сочувствовать окружающим, — важно подсказал он, потеревшись об меня.
На его лбу проступила испарина.
— Это ты сейчас меня сердобольной дурой обозвал? — я рычала, комкая его влажную рубашку в руках.
Желание поколотить его как следует никуда не исчезало.
— Я тебя придушу, Айдан! Удавлю мерзавца!
— Угу, — он снова закивал, притягивая меня к своей груди.
Его ладонь успокаивающе скользнула по моей спине. — И придушишь, и выпнешь, и покусаешь. И поцелуешь... Все что хочешь, котенок, сопротивляться не буду. Заслужил. Но сейчас не дергайся, а то придется извиняться еще и за то, что раньше времени тебя женщиной сделал. Но за это я буду вымаливать прощение с особенным удовольствием.
— Убила бы! — простонала, ощущая, как первая злость сходит словно волна. — Ну как ты мог? А Морган предупреждал.
— А он у тебя, вообще, шибко умный. Аж раздражает, — согласился со мной этот... у-у-у.
— Сейчас же выметайся из дому! — пробормотала, позволяя себя обнять.
— На долго? Там холодно, Рьяна. Снег валит. Ветер. Не хочется сидеть на границе твоего фьефа и ждать, пока ты соскучишься. Простыну же, потом с тоски сдохну. Тебе меня лечить придется. Можно я за дверями твоей комнаты посижу, в тепле.
— Ты невыносим! — окончательно сдавшись, я уткнулась носом в его плечо.
— С тобой даже поругаться невозможно. Гад! Мерзавец!
— Согласен, — его губы коснулись моего виска. — Как меня только земля носит. Ты ко мне со всем сердцем, даже в постель пустила, а я тебе покойников подбрасываю один за другим. Уже перед красноглазыми стыдно — таскаю у них воинов на убой.
Мне достался еще один поцелуй куда-то за ушком и еще один. Немного остыв, я сообразила, что не просто сижу на нем верхом, а еще и стискиваю бедрами его бедра.
