Встрепенувшись, я села ровнее и уставилась на Филлию. Она все так же находилась на руках Сарена, а бородатый травник внимательно осматривал ее заднюю лапку.
— Заметила все-таки, — недовольно процедил Айдан, вся его игривость вмиг развеялась. — Все нормально с ней.
Но я не слушала, все мое внимание было сосредоточено на племяннице.
Зельевар закивал и отступил.
— Ну как я и говорил, теперь можно и тебя к ней нести. Выдохни, Рьяна, с ней все замечательно. Она смогла совершить оборот, избежала травм еще и истинного приобрела.
Прыткая малышка, шустрее некоторых.
После этих слов я попыталась слезть с его рук, но меня сжали тисками.
— Уймись, Рьяна, ты босая!
Я не слушала. Просто осознание, что меня специально удерживают, задевало и гордость, и самолюбие. Я ведь целитель, сильный, а он...
Мужчина, одним словом!"
"— Уймись, говорю, — Айдан чуть подкинул меня и взял удобнее. — Ей и без тебя страшно! Еще смотреть, как ты дергаешься. В руки себя взяла и улыбаешься. Но прежде скажи, почему она такая мелкая, чтобы я там чего ни того не сболтнул.
Язык-то у меня прямой как доска.
Замерев, я призадумалась. Что-то было в его словах, какая-то правильность. Вокруг суетились воины и мои, и Айдана. Девушки опасливо подтягивались к замерзшим насмерть красноглазым, женщины старше, наученные жизнью, держались от них подальше. На нас вообще никто не обращал внимания, скорее все таращились на мою бедную Филлию.
— В ту ночь, когда всех убили, она... — я запнулась, не зная, вправе ли говорить о слабостях своей племянницы.
Хотя уже глупо все скрывать. Ее немощного зверя увидели все. — Филлия пережила смерть родителей тяжело. И если внешне с ребенком все было хорошо, то внутри... Зверь не простил предательства отца. Она видела, как Максен позволил нанести себе смертельную рану. Он... Он оставил ее... И она не смогла это принять.
Слова застревали в горле. Я вновь окуналась во весь тот ужас.
— Ясно, — Айдан кивнул. — Постараюсь быть деликатнее. Нужно успокоить ее и разогнать весь этот балаган, а после выяснить, что это за три сосульки и как они сюда проникли.
Такой дерзости под своим носом я не спущу. Мне перестает окончательно нравиться то, что творится вокруг тебя, Рьяна.
Глава 55
Все также восседая на руках дракона, я смотрела на тихо плачущую Филлию в объятиях Сарена. Широко расставив ноги, он сидел в моем любимом кресле и качал ее на коленях словно маленького ребенка. Племянница выглядела ужасно. Дерганая, взъерошенная, испуганная.
