Доктор Вайт прибыл в течение часа, за это время не без помощи лакеев мы успели перетащить Жульену в ее комнату. В отличие от остальных слуг, живущих на последнем этаже, повариха обитала в спальне на первом, неподалеку от кухни. Впрочем, на этом бонусы и заканчивались — ее комната была достаточно скромной. Конечно же, прибежал Беркинсон, конечно, весть о травме поварихи разнеслась по всему замку быстрее пожара. Дворецкий только успевал отваживать любителей пробежать мимо по коридору.
Доктор подтвердил, что у поварихи сотрясение.
Но в этом мире магия была не для красного словца, поэтому Вайт сделал все, чтобы Жульена как можно скорее пришла в себя. Только, стоило поварихе очнуться, как она отыскала меня взглядом и зло выплюнула:
— Это все из-за нее!"
"Если у меня и была надежда на то, что Жульена что-то не увидела или не поняла, то она растаяла как снег на солнце. Повариха принялась обвинять меня во всем, подняла такой крик, что доктору Вайту пришлось дать ей успокоительное зелье, полезное для сердца и нервов.
Жульена уснула, а вот Беркинсон долго расспрашивал нас о том, что случилось. Меня, Ханну и Пита. Мы все подтвердили одну и ту же историю: Жульена замахнулась на мальчика, прибежали мы с Ханной, повариха на нас отвлеклась и оступилась, а потом ей прилетело половником.
— И вы не использовали магию, госпожа Эрхольд, — с ударением на слово «магия» поинтересовался дворецкий.
— Я не могу использовать ее вдали от императора, Беркинсон, — напомнила я, придав своему лицу самое возмущенное выражение.
Судя по ответной кислой мине мажордома, он не верил нашей троице, но против фактов пойти не мог.
Я правда надеялась, что эту историю получится замять. Тем более что доктор Вайт намекнул Жульене, что после ударов по голове может всякое померещиться. Но повариху было уже не остановить: она потребовала, чтобы я прилюдно во всем призналась и извинилась перед ней, а до тех пор не будет работать.
Я передала через Беркинсона, что это был несчастный случай, и не в чем признаваться и не за что извиняться.
Если она не будет работать, то я буду вынуждена нанять новую повариху. Кто-то же должен кормить весь замок?
А утром узнала, что Жульена вернулась в нижнюю деревню, откуда была родом. Дворецкий сообщил мне, что перед уходом она была недовольна. Он тоже был недоволен.
— Она лучшая повариха, — заявил он. — Училась у шефов при императорском дворце. Вы еще пожалеете об этом.
Я даже не сомневалась, что еще пожалею.
