Дракон ударился о стену шторма, и его ветром и водой отшвырнуло на сушу: стихия словно издевалась и показывала ему, что он ступил на чужую территорию. Берег завибрировал: рядом садились его генералы. Пришлось обернуться, чтобы общаться.
— Докладывай. Что там впереди?
— Все еще один фрегат, принадлежащий Вальдену, — ответил Тисон. — Мы все это время наблюдали за морем, ар Эрхольд. Рованский флот не приближался к Лавуалю.
Если нет флота или короля, значит… В жилах Кристофа Вальдена течет королевская кровь!
— Мы должны спасти и вернуть мою жену, — выкрикнул Натаниэль, уже не заботясь о конспирации.
— Мою Искру. Любой ценой.
Я спасу ее ценой даже своей жизни, подумал он про себя. И, обернувшись огненным драконом, бросился в самое сердце чужой стихии.
7
«Продолжим после того, как я убью твоего мужа».
Можно сколько угодно говорить о любви, бросаться красивыми и высокопарными фразами, но сейчас одна только мысль о том, что с Натаниэлем может случиться, разорвала мое сердце на части.
Я бросилась на Вальдена, но он отшвырнул меня одним взмахом руки. Я отлетела к стене, ударилась о висящую над адмиральской койкой полку и рухнула на постель.
— Не вздумай, — предупредил он меня. — Твоя магия — ничто, выжжешь и себя, и своего выродка. Тот шторм, который я устроил для вас во время твоего первого путешествия — ерунда по сравнению с тем, что происходит сейчас."
"Он не стал продолжать, вышел из каюты раньше, а я, преодолев звон в ушах и головокружение, бросилась за ним.
Меня слегка шатало, но оставаться на месте, ничего не делать я не могла. Но… что я вообще могла сделать⁈ Вылетев на палубу, я увидела Вальдена, взмывшего ввысь драконом, а еще — сквозь плещущую взбесившуюся по его воле стихию — алую искру в облаках. Натаниэль.
Иссиня-алая чешуя сейчас словно раскалилась изнутри, из-за чего мой супруг напоминал движущееся сквозь тучи пламя. Снежные вихри закручивались от воды и превращались в смерчи, с палубы ввысь взмывали драконы, команда Вальдена — те, кто был верен ему, и я задохнулась от ужаса.
Особенно когда они все устремились к Натаниэлю, а он — к нам.
Вцепившись пальцами в поручни, пальцами, которые сейчас казались такими же деревянными, я замерла, когда Вальден и Натаниэль буквально врезались друг в друга. Алое пламя было даже не на сотую часть таким мощным, как водная стихия. Бушующая, неукротимая, опасная.
Другие водные встречали генералов моего мужа, и в небе творился какой-то ад.
