Пусть она была старшей сестрой Альви, в столице я запомнила ее ухоженной и цветущей. Сейчас же она будто постарела лет на десять: впалые глаза с темными кругами, иссушенная кожа, словно натянутая на кости, тусклые волосы. Как она только не рассыпалась, упав на пол?
Не выдержала страсти? То есть… Оу! Я, конечно, понимала, что у Анасты был роман с Натаниэлем, но одно дело узнать об этом, когда ты только попала в этот мир и в это тело, и тебе это безразлично, потому что на всех этих людей и драконов тебе глубоко наплевать, совсем другое дело думать о сестре Альви как о бывшей уже моего дракона.
Моего мужа. Да не просто бывшей-бывшей, а стоящей перед ним на коленях и пытающейся убедить его, что он что-то ей должен.
Искра в моей крови не сделала меня драконом, но в данную минуту я тоже ощутила пламя, растекающееся по всему телу. Злое, гневное, грозящее смести все на своем пути."
"Отец и мать умоляюще смотрели на императора, Анаста же глянула прямо на меня, глаза в глаза. Наверное, Альви при виде сестры должна была растаять и подарить родственнице бесплатное посещение своего курорта и мужа в придачу.
Загвоздка состояла в том, что мне она сестрой не была, к тому же, я прекрасно помнила наш последний разговор с Анастой в порту. Она едва из панталон не выпрыгивала от счастья, что Альви уберется из столицы, а она сама станет следующей Искрой императора. Анасту вообще не волновало, что Альви после извлечения драконьей искры может постареть и ослепнуть, или даже погибнуть. Ее интересовала исключительно она сама и перспектива стать императрицей.
Папенька с маменькой тоже хороши. Мало того, что о младшей дочери вообще забыли, так еще и старшую при всем императорском дворе обесчестить не побоялись. Вряд ли среди присутствующих здесь кто-то не понял намека на то, как именно и от чего пострадала Анаста. На что они только рассчитывали? Разозлить императора? Рассорить нас? Не дождутся!
Натаниэль посмотрел на меня, и я коротко кивнула. Ситуация более чем неприятная, и надо это шоу быстро сворачивать.
Все это рассчитано на грандиозный скандал. Пусть даже здесь присутствуют исключительно лояльные подданные, в делах семейных лучше разбираться за закрытой дверью.
— Такая забота, ноа Сабар, — процедил Натаниэль, хотя вернее будет сказать — прорычал. — Вы так заботитесь о старшей дочери, но о своей младшей совсем позабыли. Между тем, как она тоже здесь.
Родители синхронно уставились на меня, а затем мама всхлипнула:
— Единственная наша дочь — Анаста.
