Нюанс заключался в том, что это вообще были не мои наряды, и я понятия не имела, что они таскают. Если в этом Лавуале холодно, хорошо бы иметь с собой теплые вещи, но из того, что я успела увидеть, одежда императрицы состояла из шелка и атласа. Никаких пуховиков или шерстяных носков.
Хотя память Альви снова меня «исправила»: не императрица она. Императрицей, а точнее арой, ее бы назвали в случае произведения на свет наследника империи. До этого счастливого события она просто Искра.
Была Искрой, а совсем скоро перестанет ей быть окончательно.
5
Когда солнце покатилось к горизонту, меня проводили длинными дворцовыми коридорами и лестницами до кареты. Даже присесть на дорожку не дали, спасибо, хоть полноценно покормили: уткой, печеными овощами и крохотным пирожным на десерт. Не знаю, как там в Лавуале, а в столице было достаточно прохладно. Живые лабиринты пожелтели и поредели, наверняка, зеленые летом кусты сменились черными ветками, деревья сбросили листву до следующего весеннего сезона.
Закатные лучи окрасили все в золотисто-красные тона, а ветер с привкусом соли тут же пробрался под мою накидку. Когда я спускалась по широкой лестнице к черному, без изысков экипажу на подъездной дорожке парка, чуть не окуклилась от холода. Дворцу за моей спиной, навевающем мысли о Версале или Петергофе, больше бы подошла карета Золушки, изящная, пузатенькая, с золотом, но что выдали, то выдали.
На самом деле пригнали целых два экипажа: один, поменьше, для меня, другой, побольше, для моих сундуков, которые не падали сверху исключительно потому, что кто-то их хорошо привязал.
Багажная карета напоминала индийский поезд. Разве что ничего автоматизированного здесь не было: в кареты запрягли гнедых лошадей, которые топтались на месте, готовые сорваться и увезти меня из этой красиво-страшной сказки, в которой императору нужна не жена, а инкубатор для будущих дракончиков.
Альви была Искрой, не последним лицом при дворе, в ее воспоминаниях было множество фрейлин, девушек, которые добивались ее дружбы, сыпали комплиментами.
В моем мире это называлось по-другому. Почему среди них не нашлось ни единой подруги? Потому что сейчас, когда Искра императора стала парией, изгнанницей, никто, ни одна из них не пришла попрощаться или ее проводить.
Я оглянулась на дворец и испытала легкий приступ отчаяния, который снова мне не принадлежал. Впрочем, Альви не хотела, чтобы пришел кто-нибудь, она ждала одного конкретного дракона.
Натаниэль.
