Лыжи параллельно ширине бедер, вес распределяем равномерно, палки чуть по диагонали назад… Что?
— Вы женщина, — сообщил мне адмирал, принимая из моих рук очки. — И вы сейчас говорите мне, что делать. Для меня это… непривычно.
— Сейчас я не женщина, а лыжный инструктор, если вам так будет проще. К тому же, я несу за вас ответственность. За вас и за всех, кто будет кататься здесь после вас, — я кивнула на склон. — Посмотрите, как я спущусь, и…
Кристоф оттолкнулся раньше, чем я успела закончить. Его широкую спину и плечи поглотили взметнувшиеся на первом же повороте снежные вихри, я же мысленно выругалась и оттолкнулась следом.
Мужчины! Конечно, им нужно всегда и во всем быть первыми. Будь я на самом деле инструктором, орала бы как чайка над Кронштадтом, когда догнала. Но Кристоф спустился на удивление гармонично, то ли в самом деле военно-драконий образ жизни накладывает отпечаток, то ли я хорошо объяснила. А может быть, и первое, и второе вместе.
— Захватывающе, — сообщил адмирал. — А есть что-то посложнее?
— Посложнее вам пока не светит, — «обрадовала» его я.
— Почему?
— Потому что спустились вы в принципе неплохо, но техника хромает. На более серьезных склонах это чревато травмами. Поэтому давайте вернемся наверх, и я вам все расскажу. Мы поработаем над ошибками, и на сегодня хватит.
Я опустилась, чтобы стряхнуть снег с ботинок, а когда подняла голову…
— Кристоф! — рявкнула я, снова позабыв о том, кто тут Альви, а кто Аглая. И вообще обо всем позабыв. Потому что этот сумасшедший дракон развернулся к склону, который в нашем мире не всякий инструктор взялся бы осваивать.
Миг — и он уже исчез за обрывом.
Сердце провалилось в желудок, я рывком подъехала, если не сказать, подлетела к склону, но за горками, которыми «скакал» это спуск, адмирала не было видно. Упал? Поломался? Где он вообще⁈ Я оттолкнулась палками, и в этот миг небо заволокло тучами. Так быстро, что я едва успела вздохнуть. Как такое возможно⁈ Но я уже летела вниз, благодаря всех кого только можно за то, что катаюсь с детства.
В лицо ударили первые снежинки, а следом за ними на меня обрушился снегопад, какого я даже представить себе не могла.
Резко затормозив, я закричала:
— Кристоф! Кристоф! — и огляделась.
Адмирала нигде не было, вот вообще нигде. Слева — лес, внизу — белая пропасть, которая из-за снега практически слилась в непроглядную белую пелену. Еще одна аномалия Лавуаля⁈
Я развернулась и поняла, что практически не вижу горы, откуда спустилась.
