– Норма! Проходите, товарищ старшина.
Часового рассмотрел, только когда проходил мимо. Маскировка была первоклассной. Все это начало тревожить меня. Куда я попал?
ЭТИ бойцы на обычных охранников похожи не были. Волкодавы это были, вот кто. И не тыловые – на шее старшины я отчетливо разглядел шрам. Готов на что угодно поклясться, что он оставлен раскаленным осколком.
– Гранатным осколком зацепило? – поинтересовался я у сопровождающего. Шли мы к одному из бугров, дверь-вход в который охранял еще один боец.
Потерев шею, старшина нехотя кивнул.
– В двух метрах от меня разорвалась, гадюка. Думал, все. Каюк.
– Давно?
– В июле под Минском.
– Во как?! Так я там же воевал!
– Я помню. Пять сбитых над городом. Сам не видел, ребята рассказали.
– Вы с армией отступили или с гарнизоном?
– Или… – глухо буркнул старшина.
– Поня-атно, – протянул я. Когда город окружили, в нем остались часть гарнизона и несколько разрозненных армейских групп. Прорывом командовал начальник комендатуры.
Вырваться они смогли, но далеко не все. Повезло еще в том, что все медицинские части – госпитали, медсанбаты – были эвакуированы за несколько дней до прорыва, так что уходили налегке, не оставляя за спиной своих раненых. Не как мы тогда в роще. Никогда не забуду, как мы шли на прорыв, а раненые прикрывали нас. Страшно это вспоминать, но помнить буду.
– Восемь! – крикнул часовой, когда мы приблизились.
– Пять. Молодец, Синицын, справно службу несешь, а то неделю назад… – стал за что-то выговорить бойцу старшина.
Смущенно посмотрев на сопровождающего, боец проворчал:
– Так это когда было-то, товарищ старшина?!
– Недавно. Напомнить? – остановившись, с легкой угрозой спросил сопровождающий.
– Я помню, товарищ старшина, – вздохнув, отвел глаза боец.
Через небольшие ворота мы вошли в округлое помещение с крашенными известкой стенами и потолком. Именно из-за этого в помещении было достаточно светло."
"– Артсклад, – кивнув своим мыслям, пробормотал я, оглядываясь.
Мы находились в чём-то вроде прихожей, это был не сам склад, а чем именно он заполнен, понял по хорошо знакомым мне ящикам от снарядов. Слишком хорошо знакомым. – Зенитные. Тридцатисемимиллиметровые.
– Знакомые?
– Да. Пришлось из-за них с одним лейтенантом поспорить. Взяли целый штабель этих снарядов, около – нашей землянки установили. Пока не наорал, никак убрать не хотели.
– Хм, а мы на этих ящиках чуть ли не спим. Привыкли.