Мне должны были привезти пробный набросок, но не привезли, так что давай своими словами. Я тут накидал возможные вопросы, так что давай буду задавать, а ты на них отвечать. Согласен?
– Конечно, – ответил я, пожимая плечами и морщась от вспышки боли в боку. Рука меня не тревожила.
Ночь прошла спокойно. Кошмары на этот раз не мучили. После осмотра и всех процедур я лежал на здоровом боку и уже без особого интереса читал опостылевшую на второй день газету.
«Блин, кроссворда нет… И сканворда… Даже занюханного ключворда нет!»
Только я отложил газету в сторону, как после стука отворилась дверь и Путилин пропустил в палату моложавого мужчину средних лет в полувоенном френче.
Я только потом узнал, что такие носили в тылу гражданские начальники. Почему в нем был Лавочкин, не знаю. Видимо, накинул то, что было. В руках сержант держал запечатанный конверт с грифом «совершенно секретно».
– Здравствуйте, Семен Алексеевич. Привет, Сань. Присаживайтесь, – указал на стоящий рядом с кроватью стул.
– Здравствуй, Вячеслав, – ответил Лавочкин, с интересом рассматривая меня.
– Вы меня так пристально разглядываете…
– Извини, просто я впервые разговариваю с летчиком, который так воевал на моей машине.
– Да-а. «ЛаГГ», сколько раз он выручал меня из казалось бы безвыходных ситуаций…
– Вам так понравилась моя машина? – обрадованно спросил конструктор.
– В общем-то нет! – твердо сказал я, глядя Лавочкину прямо в глаза.
Мои слова Семёна Алексеевича не удивили, это было видно.
Похоже, все болячки «ЛаГГа» он знал не хуже меня. Ещё было видно – ему приятно, что самый результативный летчик Союза летает на его машине. И при всём при том конструктор никоим образом не показал, что неприятно удивился моему отзыву. Молоток. Хорошо держит удар.
– Я думаю, вы сами знаете, что с «ЛаГГом» не так. Не так ли?
– Вы не ошиблись, Вячеслав. Детских болезней у него много, – согласился со мной Лавочкин.
Уважаю. Не знаю, может, он ожидал всяческих восторгов в адрес своего детища, но, похоже, своими словами я только подтвердил его мысли.
– Вот о них мне бы и хотелось поговорить. Думаю, я когда-нибудь выйду из госпиталя, и мне бы хотелось сесть на НОВУЮ СЕРИЙНУЮ машину.
– Я так понимаю, Вячеслав, вы хотите мне что-то предложить? – чуть подался ко мне Лавочкин.
– Много что. Только боюсь, как бы нам дня не хватило. Товарищ сержант госбезопасности, я могу получить свой дневник? – официально обратился я к особисту.