Странно, что они парами летят, приказа переходить на новые уставы еще нет, – пояснил он.
«Ишачки» шли метрах на трехстах, когда они долетели до группы командиров, внезапно один из них стал падать прямо на стоявших людей.
– Ложись! – внезапно закричал Алексей.
Не успели они сдвинуться с места, как группу пересекли пулеметные очереди. Некоторые командиры, обливаясь кровью, падали на дорогу, другие бежали в близкий лес. Алексей был среди них.
Отбежав в глубь леса метров на сто, он остановился и посмотрел на зажатый в руке наган.
Как он его вытаскивал, Алексей не помнил.
Кроме него остановился еще один, молодой лейтенант, по-видимому, только из училища – настолько подтянуто-браво он выглядел, когда Алексей увидел его на станции. Но сейчас он выглядел по-другому. Растерянное лицо и нарастающий гнев в глазах, видимо, он пришел к той же мысли, что и Алексей: от кого я бегу?
Переглянувшись, они проверили оружие и осторожно отправились обратно.
Сбив четвертого, который воткнулся в землю неподалеку от колонны танков, двигавшихся к фронту, я приветливо помахал им крыльями и, развернувшись с набором высоты, полетел обратно.
«Странно, что “мессеров” не было. Очень странно. Немцы наверняка вопили в эфире, что их сбивают и сбивает Суворов!»
Мой самолет с другим не спутаешь, такой был один на нашем фронте. Поэтому я удвоил бдительность – наверняка прилетят охотники. Упустить шанс поквитаться со мной? Нет, они не такие.
Когда я вернулся к переправе, там уже несли свою службу «чайки», которые змейкой патрулировали охраняемую территорию.
Летали они именно так, как и приказывал Запашный. Лейтенант Смелов – на малых высотах, капитан Горелик – на средних, а я занял свою верхотуру.
«Мессеры» появились, когда мы уже собрались уходить. Смена должна прибыть через пару минут, поэтому мы тянули время на экономном ходу.
Посмотрев на стрелку, показывающую уровень топлива, я пошел к немцам, но, к моему удивлению, пара развернулась и бросилась наутек.
С недоумением посмотрев на них, я развернулся и снова занял свою позицию.
Через три минуты появились четыре точки, которые приближались к нам со стороны аэродрома.
Заметив, что Смелов покачал крыльями, я направил свой ястребок домой, пытаясь предугадать, хватит мне горючего или нет.
Хватило, мотор заглох, когда я катился по ВПП.
Сбытых мне засчитали, все-таки трех я свалил над переправой, а четвертого – над колонной наших танков. Так что официальных у меня стало тридцать два сбитых. Они были записаны в мою летную книжку.