Осторожно, очень осторожно он надломил ветку. Теперь терраса была видна.
Дверь открылась, и на террасу вышел Бурмин. Он хорошо видел его. Очень хорошо.
Бурмин сел, закурил, вставил в каретку машинки чистый лист бумаги. Задумался.
«Думай, думай», — внутренне усмехнулся он и положил ствол пистолета на рогулинку.
Он вел им, совмещая прорезь с мушкой, и наконец ее беспощадная точка воткнулась в висок Бурмина.
И тогда он нажал на спуск…
«Возьми меня с собой…»"
"Музыка жила в ней сама по себе. И Лиза шла по дорожке вдоль заборов, пританцовывая в такт мелодии.
Утро-то какое! Счастье, а не утро. И ее ждут. Обрадуются ей писатель Бурмин и генерал Архипов, обрадуются и будут пробовать молоко и хвалить Лизу. Хорошо все-таки, что они завели корову. И деньги, и людям радость.
Вот она, дача, где живет Бурмин. Калитка отворена. Лиза посмотрела на часы — восемь без семи. Только вот машинка не стучит. Видать, думает.
— Игорь Александрович! — крикнула Лиза. — Молочко пришло.
Она перехватила бидон и зашагала к даче.
Поднялась по ступенькам…
Сначала она подумала, что Бурмин спит лежа на полу, но потом увидела чернеющую лужу и поняла, что это кровь.
— Ты чего, Лизавета? — крикнул Архипов.
— Там… — Лиза говорила спокойно, только руки у нее тряслись и побледнела она так, что загар казался наклеенной на лицо прозрачной бумагой.
— Что? — спросил Архипов.
— Убили. — Лиза села.
— Кого? — подошел Михеич.
— Бурмина.
— Стой здесь, — скомандовал Михеичу Архипов, — никого не впускай.
— Слушаюсь, товарищ генерал.
Они вновь были на службе, вновь перед лицом смерти, а значит, опять стали солдатами.
Архипов пошел к даче, и Михеич видел его прямую спину и вспомнил, что генерал никогда не наклонялся, когда шел в атаку.
Архипов вернулся сразу.
— Что, товарищ генерал?
— Застрелили. Никого не пускай. Я пошел звонить. Михеич посмотрел на часы: 8.19. Он закурил и встал, закрыв спиной калитку.
Через двадцать минут у калитки остановился милицейский газик.
Он гнал машину по шоссе, потом свернул на узкую проселочную дорогу.
Вот так, все просто. Нажал на спуск, и точка. Он забрал на даче все, что было нужно. Все. А главное, взял список людей, с которыми говорил Бурмин. Три человека. Значит, еще три раза сделать то же самое. Ничего, он сделает. Война многому учит. А милиция пускай ищет.
Машину затрясло на ухабах. Деньги берут, а дорогу сделать не могут.
Вот они, дачные домики, разбросаны в лесу.
Он подъехал к воротам, вылез из машины, открыл калитку.
