Генерал умел носить форму и требовал от подчиненных такой же аккуратности.
— Когда вы в штатском, никто не знает, где вы работаете. Но неопрятность в форменной одежде позорит всю милицию сразу, — любил говорить он.
Поэтому начальник придирчиво оглядел Никитина и Наумова и остался, видимо, доволен.
— Чем порадуете? — спросил он.
— Товарищ генерал, я прошу вас ознакомиться с рапортом по делу.
Начальник взял рапорт, достал из кармана рубашки очки, начал читать.
Олег в памяти восстанавливал рапорт, стараясь найти слабо аргументированные места, но не мог.
Видимо, это было авторское чувство.
— Вы, Наумов, — начальник снял очки, — никогда не пробовали писать?
— Никак нет, товарищ генерал."
"— А жаль, у вас слог хороший, да и написано с некоторой долей публицистичности. Но тем не менее все ясно и аргументированно. Со дня убийства Бурмина прошло, кажется, пять дней?
— Так точно.
— Поработали вы неплохо. Значит, на версии своей настаиваете?
— Да, товарищ генерал.
— Хорошо.
Летите в Гродно.
— Прошу разрешения взять с собой капитана Прохорова.
— Если считаете необходимым, берите. Начальник нажал кнопку селектора:
— Сергеев, немедленно, слышите, немедленно оформить командировочное предписание и проездные документы майору Наумову и капитану Прохорову. Что?.. Да, я недоволен. Некоторые наши сопутствующие службы долго раскачиваются. Запомните, товарищ полковник, не уголовный розыск для ХОЗУ, а ХОЗУ для уголовного розыска. У меня все.
Летите, Наумов.
Не простое дело вы подняли. Слушайте, как интересно обозначена квартира в Гродно! Город небольшой, найдете. И помните, что приезд такого человека, как писатель Бурмин, не остался незамеченным. Он там наверняка и в обкоме партии был, и с ветеранами встречался, и с коллегами. Заразил меня, Наумов, этим делом. Прямо сейчас позвоню начальнику Гродненского УВД, благо знаю его лично. Все свободны. А вы, товарищ полковник, останьтесь.
Наумов вышел из кабинета, несколько минут постоял в приемной, потом достал платок, вытер лицо.
Секретарь начальника сочувственно посмотрела на него. Она искренне жалела всех, особенно молодых, кого генерал вызывал для не совсем приятной беседы.
В коридоре Наумова окликнул начальник политотдела:
— Майор Наумов!
— Слушаю, товарищ полковник.
Олег очень уважал этого невысокого, подвижного человека. Все управление ценило его за энергию, удивительное умение помочь в трудную минуту, за оперативные знания.
