Сегодня она была в коротком, развевающемся бежевом платьице, и выглядела как невинная нежная куколка, только мне никак не удавалось отделаться от далеко не невинных мыслей. Это раздражало, потому что впереди еще семь свиданий, а прикоснуться хотелось здесь и сейчас, но я старательно держался, изо всех сил отыгрывал роль спокойного парня, умеющего себя контролировать. Отвратное занятие, надо сказать, особенно когда легкий ночной ветерок играет невесомым подолом, и тонкая ткань струиться вокруг подтянутых стройных ног.
— Ты хочешь домой?
— Не знаю, — она задумчиво закусила нижнюю губу, — наверное, нет.
— Наверное?
— Не хочу, — уже твердо, — хочу покататься по городу.
— Ну раз хочешь, то поехали кататься. Ты поведешь, — я схватил ее за руку и потащил к водительской двери.
— Егор, стой! Я не умею водить машину! — она отнекивалась, как могла, — и учиться не хочу. Это не мое!
— Да ладно тебе, трусиха, — я со смехом подталкивал ее к машине, — там ничего страшного!
— Егор!
— Все уймись, — распахнул перед ней дверь, — прошу.
— А если ДПСники?
— Это не твои проблемы, — я безмятежно пожал плечами, — это вообще не проблемы. Ночь. Дороги пустые, так что не переживай, будет весело.
Улучив момент, когда я отвлекся, Даша попыталась сбежать, проскочив у меня под рукой, но мигом оказалась зажата между машиной, открытой дверцей и мной. Я уперся одной рукой в крышу машины, другой в дверцу и посмотрел на нее сверху вниз. Жадно посмотрел, даже не скрываясь. Дашка замерла, уставилась на меня растеряно, будто впервые увидела, нервно махнула взглядом по моей груди, по губам и покраснела, будто я поймал ее за каким-то неприличным занятием.
Я улыбнулся, прекрасно зная, как пробирает до самых костей столь близкий контакт. У самого по венам огонь побежал.
— Хорошо, я попробую, — согласилась она, лишь бы отодвинуться от меня подальше.
— Вот и умница! — с самодовольной улыбкой я отступил, наблюдая за тем, как она садится внутрь, пристегивается и только после этого захлопывает дверь.
В салоне Даша сидела, как неживая статуя, и растеряно рассматривала приборную панель.
— Значит так, — произнес я тоном занудного препода, — баранка, которая перед тобой, называется — руль!
— Не смешно! — Дашуня сердито сверкнула серыми глазами.
— Вон те педали у тебя под ногами: газ, тормоз и сцепление. Это — рычаг переключения передач.
— И что с этим со всем делать? — обреченно вздохнула девушка.
— Сейчас объясню.
