Я трахал ее быстро и недолго, совершенно не думая о том, нравится ей или нет. Но отзывчивая зараза успела кончить в последний момент, когда на меня уже накатывали горячие волны."
"Секунда, три, пять. Долгожданная разрядка. Все.
Я остановился, опираясь руками на стол. Прикрыл глаза, пытаясь отдышаться. Алена так и лежала, отклячив аппетитную задницу, и мелко подрагивала. Ее внутренние мышцы продолжали судорожно меня сжимать.
Я еще раз окинул распростертое подо мной тело — узкую спину, юбку, скомканную на талии, круглую задницу, и отстранился, не испытывая ни единой эмоции.
Стянув презерватив, небрежно скинул его в мусорное ведро. Подтянут боксеры, застегнул молнию, оставив без внимания пуговицы и плюхнулся на кровать.
Рыжова тем временем кое-как сползла со стола, тряхнула густой копной волос и начала собираться. Она неторопливо поправляла одежду, волосы. Движения ленивой, удовлетворенной кошки. Красивая. Но гладя на нее, мне хотелось только одного — чтобы поскорее свалила.
Тело получило разрядку, перестало гореть похотливым огнем, а мозги по-прежнему пережевывали сегодняшний пролет с Никитиной.
Что уж скрывать, многое бы отдал чтобы вот так горячо закончился сегодняшний вечер не с брюнеткой, знакомой с детства, а с совсем другой девушкой. У которой, блядь, есть парень. Интересно, она с ним так же самозабвенно трахается, как мы с Рыжовой? Может прямо сейчас, в эту самую минуту она на нем скачет?
Твою мать. Задолбала! Все мысли умудрилась засрать. Дашка, мать твою, ромашка!
Сердце, как бешеное гудело в груди, и словами не передать, как ей сложно было держать себя в руках, изображать уверенную в себе львицу.
Снова секс, и снова чистая механика. Алена не знала, что разозлило Магницкого, но прекрасно понимала, что с ней он просто спускал пар. Одно радовало. В этот раз ей не пришлось лезть к нему в штаны. Сам пригласил. Хотя кого она пытается обмануть? Не пригласил. Просто кивком подозвал, как голодную дворняжку, ничуть не сомневаясь, что побежит следом.
— На будущее, — Рыжова подошла к кровати и склонилась над парнем, наблюдающем за ней без единого намека на эмоции.
Провела кончиками пальцев по бедру, задержавшись возле ширинки, потом вверх по резко очерченным мышцам живота, по гладкой, твердой груди, — я на таблетках. Если ты мне дашь гарантию, что ни с какой шалашовкой без резины не совокупляешься, то можем без гондонов. Мне так больше нравится.
— Угу. А мне кто такие гарантии даст? — хмыкнул Егор, небрежно убирая ее руку.
