— Да не согласна я никуда с тобой идти!
— Твои проблемы, — включил громче музыку и прибавил газу, увозя меня все дальше от дома.
Сначала казалось, что шутит, что покатает меня пять минут, потом махнет рукой и отвезет домой, ну или, на худой конец, действительно высадит под дождь. Однако постепенно в душе начал шевелиться червячок сомнений.
Егор смотрел за дорогой, не обращая на меня никакого внимания. Полный игнор.
Я с видом обиженной добродетели сложила руки на груди и мрачно прямо перед собой, с тоской отмечая, что едем мы вообще не пойми куда, на другой конец города.
Его телефон, небрежно брошенный на панели управления, начал вибрировать.
Магницкий убавил громкость и лениво ответил:
— Марк, здорово!.. Все отлично... Ты как?.. Понятно... Нет, я пока не приеду к вам... Дела... Да, очень важные... Какие? Грузоперевозками занимаюсь... Сколько по времени? Понятия не имею, — пожал широкими плечами, — может, час... может, два, а может, и до утра катать придется.
Что?! Он это серьезно?! Уставилась на него, сжимая кулаки от негодования:
— Ты.
..
Егор невозмутимо приложил палец к губам, типа «молчи, не мешай говорить», и продолжил беседу, полностью игнорируя мое пыхтение и грозные взгляды. Я чуть не задохнулась от возмущения. Что за наглец?!
— Вези меня домой! — сердито ткнула пальцем ему в плечо, когда он, наконец, закончил.
— Угу, — хмыкнул и снова врубил музыку.
— Если ты сейчас же меня не отвезешь или не выпустишь из машины, я буду кричать, что ты меня похитил.
— Можешь начинать, — опустил стекло с моей стороны.
В салон тотчас ворвался рокот дождя, порывы ветра и миллионы колючих искр, заставляя пищать и прикрываться.
— Егор!
— Все, накричалась? — смерил меня снисходительным взглядом и нажал кнопку стеклоподъемника.
Я сидела вся растрепанная, сырая, дрожащая не то от холода, не то от негодования.
— Что ты себе позволяешь?
— Ничего.
Магницкий — сама невозмутимость.
— И долго это будет продолжаться?
— Пока ты не согласишься пойти со мной на свидание.
Можем хоть до утра кататься. Мне все равно.
Внезапно до меня дошло, как сильно я встряла, ведь ни хрена он не шутил. Не уступит. Даже не подумает уступать. Что там Аленка говорила про него? Несносный характер? Упертый, как баран? По-моему, она слишком мягко его описала!
— Егор, — я попыталась достучаться до его здравого смысла, — мне домой нужно. У меня дел невпроворот. Надо готовиться, завтра очередной зачет.
— Очень за тебя рад.
Ему глубоко фиолетово.
