— Можно подумать, без него что-то бы изменилось, — Рыжова пренебрежительно сморщила нос, — вот скажи, что ты в своем Тихонове нашла? Зануда закомплексованный. Или, может, у него член золотой? До колен? И звенит при ходьбе?
— Обычный у него член, — пожала плечами я, — среднестатистический.
— Тогда это вообще за гранью моего понимания.
— Я его...
— Любишь? — прервала Аленка мое несостоявшееся признание. — Ну-ну, посмотрю я на тебя через лет десять, когда отъешься и будешь вечно сидеть дома, а он в растянутых трико и с лысеющей башкой будет все так же нудеть, почесывая задницу.
— Алёна, — с укором посмотрела на подругу, — а что ты предлагаешь? Надо было вцепиться в того парня с танцпола и по-быстрому перепихнуться с ним где-нибудь в туалете?
— Так у тебя хотя бы было что вспомнить на старости лет и внукам рассказать.
— Не уверена, что такое приключение — достойная тема для разговоров с внуками.
— Как знаешь, — отмахнулась от меня, как от надоедливой мухи, — я про Антона твоего больше ни слова не скажу.
Как хочешь, так и поступай, мне все равно.
Я обиженно замолчала и притормозила, а она как ни в чем не бывало пошла дальше. И так бы, наверное, и ушла, не оглядываясь, но тут зазвонил телефон.
Рыжова раздраженно достала его из сумочки и нахмурилась, глядя на экран. Мне стало до жути интересно, кто ей звонил, но даже подойдя ближе и вытянув шею, не успела прочитать имя на дисплее.
— Да? — в голосе Алены сквозило неприкрытое недовольство. — Конечно, узнала. Чем обязана?.. Они ничего лучше придумать не могли?.
. Все ясно, передай им пламенный привет и мой категорический отказ. Удачи... Я не могу тебя одного кинуть к ним на растерзание? Серьезно? Ты же в пятницу не пришел, и я отдувалась одна. Так что вперед и с песней... Что? Что они сделали с твоим мозгом?.. Здорово! Надеюсь, в особо извращенной форме и без вазелина... Я не злая... и не мстительная... что ты до меня докопался?..
Понятно, драгоценный женишок нарисовался.
— ..Честно? Мой должник? Вот так прямо что угодно могу просить?.
. Не боишься, что не потянешь?.. Ну-ну. Я записала, потом не говори, что такого не было... Ладно, подъезжай. Я в универе... Даже так? Хорошо, сейчас выйду, жди.
— Егор? — поинтересовалась я.
— Он самый, — невозмутимо пожала плечами, — у родителей очередная идея-фикс, и нам обоим надо явиться пред их светлые очи.
Мы остановились у огромного зеркала в вестибюле. Аленка небрежно положила сумочку на лавку и придирчиво осмотрела себя с ног до головы.
