— Ты себя видела вообще? Просто танцевала? Там не то что намек, а неоновая вывеска: «Не скупись, налетай! Любой каприз за ваши деньги!».
— Алена! — я опешила от ее слов.
— Думаю, все мужики в зоне видимости в этот момент готовы присунуть тебе. Где-нибудь в туалете. Вот и Магницкий повелся. Скромностью-то он точно не отличается, — хмыкнула она, — сама, наверное, заметила.
— Ты… тебе не стыдно?.. — от возмущения я хватала ртом воздух.
— Нет, — она покачала головой, — совершенно. Наоборот, я готова с тобой согласиться и признать, твою правоту.
Давно надо было поговорить по душам… Это такое удовольствие. Не держать в себе, а вываливать все как есть.
Я смотрела на нее, и, казалось, что видела впервые в жизни. Холодная Алена била циничными словами и явно не собиралась останавливаться. Я всегда знала, что она не подарок, но никогда и подумать не могла, что все это в конечном итоге обернется против меня.
— Я же спрашивала у тебя. Как ты отнесешься к тому, что я буду с ним встречаться, — ответила сдавленно, сминаясь под ее взглядом.
Воевать я никогда не любила. Для меня это стресс, а вот Рыжова, похоже, действительно получала удовольствие от всего происходящего. Чем сильнее трясло меня, тем довольнее и спокойнее становилась она.
— Да. Помню то невнятное мычание во время лекции, — она насмешливо вскинула бровь.
— Если бы ты тогда сказала, что он тебе нужен. Я бы никогда… ни за что… да я бы в его сторону больше бы даже не посмотрела. Он бы для меня перестал существовать…
— Даже так? Надо же какая самоотверженность.
А если сейчас скажу? Тоже перестанет существовать?
Она что, реально хочет, чтобы я бросила Магницкого ради ее капризов?
— Конечно, нет!
— Ну и зря. Потому что совсем скоро ему станет совершенно не до тебя.
— Это еще почему?
— Никитина, ты уже забыла начало разговора? Мы с ним женимся.
Что за ересь она несет?
— Совсем скоро. Я бы даже сказала — в экстренном порядке, — она снова отхлебнула кофе и как-то блаженно поморщилась. — Надо же, какая мерзость, а так хочется, что сил нет.
"
"У меня в голове шумело. Все происходящее воспринималось через мутную пелену, толстый слой ваты, обволакивавшей все вокруг. Может, я сплю, и мне снится тот самый бредовый сон, в котором один бред сменяется другим? Сейчас у нее вырастут рога, ребята за соседними столами превратятся в зомби, за окном пойдет снег.
Зажмурилась, поморгала, пытаясь отогнать виденье. Незаметно ущипнула себя за ляжку. Пробуждение так и не настало. То же кафе, та же Рыжова.
