Я внимательно изучал документы, отмечая имена высокопоставленных чиновников из разных княжеств:
— Вы полагаете, Гильдия имеет влияние на уровне правителей?
— Не на уровне князей, — покачал головой Добромыслов, — но достаточно высоко, чтобы блокировать любые расследования. Посмотрите сюда.
Он достал другую папку, раскрыв перед собой несколько таблиц с цифрами:
— Как купец, я научился читать финансовые потоки. Это мои расчёты, основанные на косвенных данных. Фонд Добродетели ежегодно тратит огромные суммы на закупку лабораторного оборудования и редких Реликтов.
А вот средства, уходящие на реальную помощь должникам, — он перевернул страницу, — практически отсутствуют.
Я внимательно изучил цифры. Торговые операции, поставки редкого оборудования, закупки Реликтов — всё указывало на крупную исследовательскую организацию, а не благотворительную.
— Эти записи могут стать косвенным доказательством для расследования князя Оболенского, — заметил я, откладывая документы.
Добромыслов кивнул:
— Я собрал значительный архив свидетельств и улик, но до сих пор не имел достаточного влияния для открытого противостояния.
Один человек, даже состоятельный купец, не может бороться с организацией, охватившей всё Содружество. Поверьте мне, я знаю, о чём говорю. Я не первый, кто назвал себя их врагом, вот только остальные люди, вышедшие на свет, очень быстро исчезали или погибали от «несчастных случаев», — он изобразил воздушные кавычки.
— За что они так вцепились в вашу дочь? — спросил я.
— Обычно подобные фонды просто используют должников как дешёвую рабочую силу.
Глаза купца блеснули:
— Ульяна обладала редким магическим Талантом, проявившимся, когда она упала в колодец в юности и едва не утонула. Она могла ускорять рост растений. Мы не придавали этому значения, не будучи магами. Но возможно… это и привлекло их внимание.
Я задумался. Талант, связанный с ускорением роста, мог быть крайне полезен при экспериментах с Чернотравами.
— Я готов спонсировать борьбу с Фондом, если понадобится, — твёрдо произнёс Добромыслов.
— Деньги, связи, информация — всё, что у меня есть, я отдам, чтобы найти дочь или хотя бы отомстить тем, кто забрал её.
Я смотрел на этого человека — некогда слабого, но сумевшего изменить себя ради мести и справедливости. В его глазах горел тот же огонь, что я видел когда-то в зеркале, когда собирал войско для объединения своих земель.
— Мы заставим их ответить за всё, — твёрдо произнёс я, протягивая руку.
