Несколько полос досмотра, здание администрации, казармы для охраны. Нас направили на третью полосу.
— Выходите по одному, руки на виду, — скомандовал офицер.
Процедура заняла час. Сначала проверка документов и запись в базу. Потом биометрия — отпечатки пальцев, сканирование сетчатки, образец магической ауры. Каждому выдали временный пропуск — металлическую карту с крошечным кристаллом эссенции.
— Срок действия сорок восемь часов, — пояснил дежурный. — Доступ только в торговые и административные районы. Попытка проникнуть в закрытые зоны — арест и депортация.
Оружие сдать.
Мы выложили личное оружие. Всё аккуратно упаковали, выдали квитанции.
— Добро пожаловать в Московский Бастион, — дежурный нажал кнопку, и массивные ворота начали раздвигаться. — Надеюсь, вам у нас понравится, — безэмоционально, явно заученно произнёс он.
То, что открылось за ними, заставило меня на мгновение задержать дыхание. Широченный проспект, по обе стороны которого вздымались исполинские башни из стекла и металла. Небоскрёбы тянулись ввысь, некоторые исчезали в низких облаках.
Между ними переплетались эстакады и мосты, по которым нескончаемым потоком двигался транспорт.
Воздух был чистым — никакого дыма или гари каминов и печек, характерных для княжеских городов. Вдоль улиц тянулись ухоженные газоны и клумбы. Фонтаны били струями воды в небо. И везде — люди. Тысячи людей в деловых костюмах, форменной одежде различных служб, просто в гражданском.
— Ёлки-иголки! — пробормотал Гаврила, прилипнув к окну.
Безбородко уверенно вёл машину к зданию Министерства ресурсов, сверяясь с маршрутом, выстроенным на магофоне.
Мы проехали мимо торгового квартала — многоэтажные центры предлагали товары со всего света. Мимо жилых комплексов — даже массовая застройка выглядела инновационно. Мимо промышленной зоны — за высокими заборами виднелись корпуса заводов, из труб которых не шёл дым благодаря совершенным системам фильтрации.
В центре Бастиона высилась башня администрации — циклопическое сооружение из стекла и стали в форме факела, сужающегося к основанию.
Пятьдесят этажей власти и контроля. У её подножия раскинулась площадь с памятником основателям Бастиона.
Министерство ресурсов занимало тридцать седьмой этаж в этом самом титане. Безбородко припарковался на подземной стоянке. Мы поднялись на лифте в приёмную.
Я достал магофон, чтобы проверить время, и увидел несколько пропущенных вызовов от отца. Странно — обычно он не беспокоит по пустякам. Перезвонил.
