Ведь без этого любые планы по увеличению посевных площадей оставались бы пустыми мечтаниями. Настало время оценить результаты.
— Начнём с восточной стороны, — предложил я, направляя коня по недавно проложенной тропе.
Борис согласно кивнул, поправляя винтовку за плечом.
Не прошло и четверти часа, как перед нами открылась впечатляющая картина: прочная шестиметровая вышка из обработанных брёвен возвышалась над полями, обеспечивая превосходный обзор на все стороны. На верхней площадке, широкой и надёжно огороженной, несли дежурство двое часовых.
Рядом с ними поблёскивала на солнце бронзовая подзорная труба и стояла стойка с сигнальными ракетами разных цветов.
— Отличный обзор получился, — с нескрываемым удовлетворением отметил я. — Даже лучше, чем планировали.
— Так точно, — подтвердил Борис с нотками гордости. — С этой высоты видны любые передвижения в радиусе полутора километров. А в ясную погоду, как сегодня, и все два.
У основания вышки уже исправно работала система оповещения — массивный колокол, соединённый с магическими датчиками по периметру всех полей.
Магическое устройство, созданное Арсеньевым, функционировало безупречно — три дня назад во время испытаний оно успешно обнаружило Трухляка за полкилометра от границы угодий.
Проехав дальше, я заметил стопки аккуратно сложенных рогаток у края одного из дальних полей, где крестьяне вели работы вдали от постоянных укреплений.
— Умно придумано, — отметил я, указывая на мобильные заграждения. — Их можно быстро установить в любом уязвимом месте, где люди работают без защиты капитальных сооружений.
Мы продолжили объезд, двигаясь вдоль северной границы полей. Здесь открывался вид на полностью завершённую засечную линию — впечатляющий оборонительный рубеж, созданный по всем правилам военного искусства. Вместо простого вала из срубленных деревьев, рабочие создали настоящую крепость: деревья были умело надрублены на высоте около метра и заломлены в сторону возможного противника под разными углами. Стволы искусно перекрещивались между собой, создавая непроходимую преграду, но при этом оставались прикреплёнными к земле, что делало конструкцию особенно прочной.
— Смотри, воевода, как мастерски обработаны ветки, — Борис указал на ближайший участок засеки.
Действительно, сучья не просто обрубили, а превратили в острые, направленные наружу шипы. Вся эта объёмная, высокая перепутаница стволов и сучьев выглядела совершенно непреодолимой без серьёзной техники или магии.
