Фотографии, вещи, даже запах… Эд настолько любил пользоваться парфюмом, что за раз мог с лёгкостью использовать половину флакона. Поэтому, даже когда он уезжал, я всегда чувствовала его присутствие рядом. Но если раньше это успокаивало, то сейчас только волновало, бередя душу.
Сегодня Николь заставила меня задуматься над важным вопросом: что я чувствовала, узнав про предательство мужа?
Конечно же, продолжала любить…
Даже видя всё своими глазами и слыша ушами, я продолжала любить Эда. Я боялась встречи с ним, переживала, что вновь могу размякнуть от нежных прикосновений, от горячих поцелуев и его спасительного тепла.
И от этого ненавидела себя.
Но, продолжая из коридора смотреть на наши свадебные фотографии, я вдруг поняла, что никогда не смогу простить его, никогда не смогу забыть гнусную ложь.
Как бы сложно мне сейчас ни было, как бы ни метались мои чувства, исход у нашего брака был один — развод. Правда, сейчас я не могла стремглав бежать в суд, желая подать заявление.
Весь семейный бизнес принадлежал мужу, этот огромный дом ему подарили родители, а у меня не было собственного жилья.
Конечно, на счёте в банке лежали сбережения на чёрный день, но даже они не могли бы помочь мне бороться за Николь.
Потому что в свидетельстве о её рождении стояло имя другой женщины.
Глава 5
— Ты сейчас серьёзно?! — спросила Эля, когда в среду мы встретились в кафе. — Скажи, что пошутила…
— Хотела бы я, чтобы это было шуткой. — Отпив кофе, дрожащими пальцами я поставила чашку на стол. — Но нет. У моего мужа есть другая женщина…
Даже спустя два дня говорить об этом было всё ещё сложно.
— Не могу в это поверить, — подруга тяжело вздохнула, переведя растерянный взгляд на панорамное окно. — И что ты теперь планируешь делать? Разводиться?
— Я бы хотела… — натянуто улыбнулась я. — Но ты же знаешь, что удочерение Ники застопорилось два года назад. Поэтому если я сейчас подам заявление — суд оставит её с отцом. Разве доверят девочку мачехе, которая не имеет на неё никаких прав?
Это была наша большая тайна — лишь друзья, родственники и ближнее окружение знали, что до меня Эд был женат.
Девушка, которая подарила жизнь Николь, умерла при родах. Поэтому, боясь причинить дочке психологический вред, мы решили, что никогда не расскажем ей о биологической матери.
— И что, неужели продолжишь с ним жить?! — раздражённо спросила Эля. — Он вытер ноги о ваш брак, предпочёл другую, и ты молча проглотишь это, лишь бы остаться с Николь?!
— Нет, — задумчиво пожала плечами я.
