— Господи! — Ритм его сбился, но он не уткнулся ей в шею или в волосы, не отстранился от нее.
Он был рядом! Он был с ней!
— Александра…
— Я с тобой.
— Давай поговорим.
— Мы вместе. — Она провела рукой по его спине. — Я люблю тебя. Для меня нет никого ближе тебя.
— Алекс! Господи, я…
Когда его тело расслабилось от испытанного пика наслаждения, она тесно прижалась к нему. Притянув Алекс к себе, Чейз покрыл поцелуями ее лицо. Когда он поцеловал ее в нос, она засмеялась.
Потом Чейз перекатился на спину. Они лежали, взявшись за руки и глядя на звезды.
Неужели это было каких-нибудь пять-шесть часов назад?
Он придвинулся к Алекс — она положила голову ему на грудь. Его пальцы играли ее волосами.
— Мне кажется, мир крутится.
— Мир крутится не переставая.
Чейз тихо застонал.
— Но это правда. Он все время крутится, — улыбнулась Алекс.
— А если так, я скажу: ты мой мир. Ты ведь не крутишься?
— Ты смешной. Мы с тобой находимся на Земле, она вращается, а значит, мы вращаемся вместе с ней.
— Ты разрушила все мои благоглупости.
— Ну да. — Она положила ладонь ему на грудь, туда, где билось сердце. — Мне кажется, правда не может ничего разрушить. Разве понимание того, как устроена Вселенная, ослабляет ощущение чуда от ее существования?
— Если во вращении мы пролетаем сотни миль в час. чудо, что мы все время остаемся на этой скале.
— Тут нет ничего чудесного. Это действует сила тяготения.
Он поцеловал ее в макушку.
— Я люблю тебя. И нет такого способа, чтобы разрушить мое чувство, даже с помощью астрономии.
— Ты прав. — Алекс порадовалась, что Чейз не видит ее лицо, полное ликования. — Любовь — это чудо."
"— Понимаешь, для меня это самая логичная на свете вещь — Осторожно отодвинув ее. Чейз перевернулся на бок, чтобы оказаться к ней лицом. Пальцами осторожно ощупал ее лицо, прошелся по контурам тела. — Послушай, я мог бы воспользоваться тем, что здесь в такой час нет ни кареты, ни лодки, или сказать тебе, что мост смыло наводнением. Тогда можно было бы остановиться в деревенской гостинице и сделать вид, что мы вынуждены разделить единственную свободную комнату.
Но Господь любит правду. Поэтому скажу честно: остаток ночи я хочу провести, не выпуская тебя из объятий, и мне наплевать, что об этом подумают другие.
Алекс засмеялась.
— Давай так и поступим.
Они все же добрели до гостиницы, где занимались любовью, засыпая на час-другой в перерывах между приступами страсти. А потом, чтобы восстановить потраченные силы, решили подкрепиться.
