Сглатываю, прикрыв глаза. Первые секунды шока проходят, а за ними поднимается злость. Я хоть и не просила, но надеялась, что он не станет впутывать детей.
— Это сложно, — пытаюсь подобрать слова, чтобы объяснить ребёнку, но в голове полный туман.
Глубокий вдох, потому что на самом деле я не знаю, что дальше. Саша ярко и даже тактильно показал свою позицию, и я всё ещё слышу в голове его просьбу о шансе. Только, несмотря на то что на ледяной корке собственного сердца появилась трещина, я правда не представляю, чем ответить — и ему, и дочери в том числе.
Мне ведь нравится моя жизнь без него. Я привыкла справляться, больше не надеяться на плечо, любить, наконец, и выбирать себя.
— Ма, — Даша отвлекает от собственных раздумий и так по-взрослому смотрит: — Я в любом случае с тобой, ты ведь знаешь?
Улыбаюсь и киваю, целуя её в макушку.
— Конечно, малышка, мы ведь команда, — говорю в её волосы.
Сама же буквально извожу себя сомнениями.
— Я буду звонить утром до процедур, в обед и вечером.
— Даша смеётся, но кивает, а я лишь сильнее прижимаю её к себе.
— О, привет, — слышу голос Карины и от неожиданности отстраняюсь, пока Даша с энтузиазмом приветствует сестру.
— Привет, — отвечаю ей с тёплой улыбкой. — Я уже уезжаю и не буду мешать вашим секретам.
Карина кивает, но сама растеряна — я вижу.
— Я не против того, чтобы ты была здесь, — говорит, оставляя пакет и сумку на кресле.
— Мама в Питер уезжает, — отвечает Даша, а Карина резко останавливается.
— Как это⁈
В глазах старшей дочери буквально паника.
Встаю с койки Даши.
— Я на несколько дней, по работе, — объясняю, а Карина в ответ молчит.
— Понятно, — спустя паузу отвечает, но весь её вид говорит о том, что она недовольна.
В этом они с Сашей одинаковые.
— Тебя это расстроило? — осторожно спрашиваю.
— Нет…
— Карин, — останавливаю её от того, чтобы усердно рыться в своей сумке. — Я ведь не твой враг, мне важны твои эмоции. Любые, — на последнем слове делаю акцент.
Она посылает нервный взгляд в Дашу.
Та, замерев, сидит ниже травы, тише воды.
— Если ты снова уйдёшь в работу, то всё это напрасно…
— Что напрасно? — стараюсь разобраться и понять, чтобы объяснить им обеим.
— Ну, все слова… Это временное перемирие с отцом, попытки наладить. Мы так и останемся по разным сторонам, — с твёрдой уверенностью звучат её слова.
Мотаю головой ещё до того, как она заканчивает свою фразу.
— Нет, — ищу её взгляд, чтобы убедить в обратном.
