Просто любопытство съедало изнутри. Спросила, зачем он изменил тебе с Аленой. Он сказал, что не изменял. Вот.
— Он мне то же самое говорил, — поджимаю губы, чувствуя, как в груди начинает неприятно пульсировать. — Но ведь жил он с ней, спал он с ней… И неважно уже, когда это началось. Он был на её стороне, когда мы ещё были в браке. Я не знаю, как оправдать его в своей голове. Понимаешь, Ань?
— Не понимаю, — качает она головой, и в её глазах на секунду мелькает зависть. — Ты сильная, характер у тебя есть. Взяла, с ребёнком уехала в другой город, карьеру там построила.
А я… терплю измены мужа и боюсь уходить.
Аня резко опускает голову, волосы падают ей на лицо, и мне кажется, что вот-вот по щеке скатится первая слеза.
— Знаешь, как больно видеть его с другой? Он ведь уже даже не скрывает. Сначала трахался со своей секретаршей, потом, видимо, надоела — нашёл студентку. А потом переспал с моей подругой. Господи, Юль, по сравнению с моим твой Саша святой.
— Анют, зачем ты терпишь? — спрашиваю я тихо, хотя внутри всё сжимается от злости на её мужа.
Мне хочется её обнять, прижать, дать хоть каплю уверенности. Я пытаюсь понять, что держит её в этом аду. Но ответа, который можно было бы оправдать, нет.
— Потому что люблю его, даже такого урода! — она смотрит прямо на меня, и глаза у неё блестят. — И куда я без него, Юлька? Как ты — начинать всё с нуля? Отказаться от этой жизни? Я так не могу… Бывает, раз в месяц он приходит, мы спим… Потом он дарит крупный подарок. И я всё забываю. Дура, да?
Да! Господи, да!
Но я не скажу ей этого.
Не буду учить жить женщину, которая прекрасно всё понимает, но не готова сделать шаг.
И тут же примеряю её слова на себя. Я ведь не ловила Сашу с поличным. Не видела его в постели с Аленой, не видела даже, как он прикасается к ней. Но мне хватило того, что он встал на её сторону, защищал другую женщину, а не меня. И это было предательство.
— Ты прямо как адвокат Сашин… обеляешь его, — пытаюсь улыбнуться, сделать разговор легче, хотя внутри и без того слишком тяжело.
Даша, Карина… слишком много всего. — Защищаешь его.
— Нет, Юлька, ты не подумай, — и у неё тоже появляется слабая улыбка. — Я просто… знаешь, я очень рада, что мы снова встретились. Мы с девочками ещё год назад обсуждали эту тему, но не знали, как подойти к тебе.
Она начинает говорить намёками, что раздражает. Я подаюсь вперёд:
— Говори прямо."
"— Мы хотим, чтобы ты к нам вернулась, — выдыхает Аня, и на мгновение её голос становится почти детским, виноватым.
