Там его посадили на землю, прислонив спиной к бревну, и выжидательно уставились на него, пытаясь уловить тот момент, когда в голове у него прояснится."
"– Ну, очухался? – спросил курьера присевший напротив него на корточки здоровенный детина, пытливо вглядываясь в его лицо маленькими блестящими глазками. – Давай-давай, не хрен симулировать, а то я тебя быстро в чувство приведу.
Курьер все же молчал, пытаясь собраться с мыслями, но Рекс схватил его за руку, согнул его палец и с силой надавил на последнюю фалангу. Курьер дернулся и заорал, но сзади его тут же схватили за ухо и принялись выкручивать со словами:
– Говори, говори, говори…
– Да что говорить-то? – в отчаянии выкрикнул курьер.
– Откуда наркоту привез? Кто тебе ее передает? Где?
– Да вы что! Да я… – начал было выворачиваться курьер, но Рекс схватил его за грудки и рывком подтянул к себе. Перекошенная от злобы физиономия Рекса находилась в сантиметре от испуганного лица курьера.
– Мы тебе не менты, сука! – прорычал Рекс. – Мы с тобой церемониться не будем – все кости переломаем, пока не запоешь!
Внезапность и напор в сочетании с заверениями, что, мол, «будешь работать как работал» и «нам только с вашими главными договориться», привели к успеху.
Спустя несколько часов Рекс и его бойцы встречали под мелким осенним дождем среднеазиатский поезд. Члены бригады, разбившиеся на мелкие группы, наводнили всю платформу, однако ближе всего к условленному месту, где посланец солнечного Таджикистана должен был «забыть» сумку, стоял именно Рекс.
Согласно инструкциям Коляна, он обставился кругом чемоданами и сумками и походил на человека, ожидающего поезда. Он сидел на одном из своих чемоданов и не двинулся с места, заметив, как молодой смуглый таджик в слишком дорогой для нищего Таджикистана зимней кожаной куртке потоптался у стены, поставил там сумку и со второй оставшейся у него сумкой направился ко входу в помещение вокзала. Рекс отдал все распоряжения по рации, а дальше все произошло в точности так, как было запланировано: молодого таджика скрутили в здании вокзала у аптечного киоска, причем пост милиции, которому Рекс показал липовое ментовское удостоверение, бдительно следил за тем, чтобы задержанию не помешали сообщники таджика.
Затем в линейное отделение милиции доставили понятых, отловленных на привокзальной площади (Рекс потребовал, чтобы понятые были непременно москвичами, чтобы в случае нужды они находились всегда под рукой), и в их присутствии вскрыли сумку, которую таджик имел при себе.
