– А ты как думал? – продолжая рыться в ящике, самодовольно заметил Колян. Он уже успел переодеться, найдя где-то в шкафу свою старую одежду. – Если карать, то уж по полной программе. Ладно, я отсюда выхожу, а ты начинай поливать. И полей хорошенько вот эту кучу. Тут шмотки, которые на мне были, они все в крови.
Пацаны, ошалевшие от увиденного, уже не были слишком потрясены тем, по выражению Коляна, «натюрмортом», который им пришлось увидеть в спальне.
На постели еще сочилась кровью бесформенная груда изрубленного мяса, недавно называвшаяся Федором Угрюмым и претендовавшая на главенство в криминальном мире города Таежного.
Рядом распласталось обнаженное тело женщины. Несмотря на свои безукоризненные пропорции, оно уже не вызывало никаких чувств и привлекало не больше, чем любой другой неодушевленный предмет.
– Ладно, давайте поливать эту падаль, а то Аспирин нас уже заждался, и светать скоро начнет. Да и выспаться не мешает, поскольку у нас завтра… то есть уже сегодня вечером серьезные дела.
Я слышал, кое-кто из наших бывших братков не хочет, чтобы я был главным в городе Таежном. Придется с этими людьми потолковать.
Зародыш, выходя из комнаты последним, остановился и вынул из кармана зажигалку, но Колян схватил его за pуку:
– Ты что, сдурел? Запомни: шум должен подниматься только тогда, когда мы уже далеко. А если ты сейчас все запалишь, то мы побежим отсюда на фоне пожара.
– Что же делать? – тупо спросил Зародыш.
– Выливай все и дуй отсюда через забор туда, где Андрюха Спиридонов ждет с машиной.
Я вас догоню."
"Зародыш повиновался. Перелезая через забор, он увидел, что Колян, пригибаясь, следует за ним и по пути сыплет из пачки на землю какой-то порошок. При этом бригадир явно старался, чтобы посыпанная им дорожка проходила среди грядок и прочих возвышений. У самого забора Колян задержался и чиркнул спичкой. Бледный огонек побежал между грядок к дому, почти незаметный со стороны. Он мелькнул на крыльце и скрылся под дверью. Колян тем временем успел перемахнуть через забор и добежать до середины луга.
Там он оглянулся и увидел, как окна дома налились зловещим пульсирующим светом, совсем не похожим на обычный электрический. Добежав до зарослей, он оглянулся еще раз. Теперь участок вокруг дома был весь освещен тем же неровным дрожащим светом. Из-под крыши все гуще начинал валить дым. Внезапно стекло в окне вылетело от жара, и огромный огненный язык вырвался на волю, жадно лизнув листву стоявшей неподалеку яблони.
