К счастью, обманывать не пришлось, комната оказалась пуста: в последнее время Норри частенько задерживалась на работе до середины ночи, потому что теперь отправляла тетке вдвое больше денег.
Я написала записку и оставила на видном месте: «Норри, не волнуйся, у нас с Роном все хорошо. Мы в доме ректора. Он поможет».
От волнения я никак не могла сообразить, что мне взять из вещей. Да много ли мне нужно? Сорочку, теплую кофточку, тапочки. И, конечно, дневник!
Я вытрясла из матерчатой сумки учебники и запихнула в нее одежду.
И что меня дернуло, проходя мимо зеркала, посмотреться в него?
Я увидела свое бледное отражение: волосы дыбом, глаза безумные. Начала быстро плести косу, чтобы не ходить чучелом, и тут это снова случилось!
— Держись подальше от крылатого огня. Он тот, кто погубит тебя, — еле слышно прошептал мой двойник в зеркале.
— Было уже! — злобно крикнула я.
Лучше злиться, чем бояться.
— Нет бы что-то новенькое сообщить! Да-да, я знаю! Это Лоер!
— Это Рон…
— Да пошла ты! Дура!
Я опрометью бросилась прочь.
Бежала так, что сердце едва не выскочило из груди. Пусть. Плевать. Даже если ему суждено меня погубить! Я его не предам!
Теперь я сижу рядом со спящим Роном. Он спал остаток ночи, утро, день и вечер. Ректор уходит и возвращается, ничего не объясняет. Днем он отправил меня в гостевую спальню отдохнуть и несколько часов караулил Рона сам. Теперь снова ушел.
Зато у меня появилось время записать в дневник все подробности, все детали, ничего не упустить.
Но пока новостей больше нет.
Рон стонет во сне, и тогда я беру его за руку и сжимаю пальцы.
— Тихо, тихо, все хорошо. Я рядом.
Ожоги почти затянулись. Лоер, не дождавшись жертвы у ворот академии, наверное, рвет и мечет. И не знает, что кольцо вокруг него сжимается. Скоро ты, гаденыш, попадешься в сети и сдашь главаря шайки. И Рон будет свободен.
Пусть это не отменит проклятие — с ним разберемся позже!
Перелом.
День десятый
Перелом. День десятый
Когда-нибудь мои далекие потомки будут читать дневник своей старенькой бабушки и, перелистнув очередную страницу, недовольно нахмурят брови. Как десятый день? А куда подевались остальные восемь? На самом интересном месте!
Дорогие потомки, не расстраивайтесь, я запишу все, что произошло, — подробно и честно, так, как все случилось на самом деле. А чтобы вы не были разочарованы, сохраню интригу до конца.
