«Интересно, глупый Ронище-драконище и Нор-мухомор все так же морозят свои пятые точки, разыскивая меня?» — мстительно размышляла я.
Я очень устала прятаться, проголодалась и, стоило мне выйти под пронизывающий ветер, продрогла до самого нутра. Но делать нечего — придется ждать, Лоер будет встречать меня у павильона боевиков, спрятанного в глубине парка, в семь вечера. Там нас никто не потревожит.
К тому времени я придумала, как незаметно пробраться на территорию кампуса. Стена вокруг академии не везде одинаково высокая и гладкая: дальше от ворот она становится низкой и неровной.
Кое-где выпали камни, и на поверхности точно образовались ступеньки. А в одном месте деревья растут так близко и плотно, что, держась за ветки, можно забраться по стене, как по лесенке.
Туда я и направилась. Часы пробили шесть, потом еще половину. Я торопилась, боялась опоздать. А вдруг он уйдет, не дождется? Я мечтала поскорее оказаться в объятиях Лоера, и тогда сразу забудутся холод и голод, все сомнения улетят прочь. Он успокоит меня, похвалит за то, что я так ловко обвела вокруг пальца Рона и Норри.
Когда я наконец спрыгнула на землю с внутренней стороны стены, до назначенной встречи оставалась четверть часа. Я понеслась, подхватив подол, натыкаясь в темноте на корни: в этой части парка не горели фонари.
Лоера, который ходил взад-вперед у дверей павильона, я увидела издалека. Учебные павильоны боевиков не запирают на ночь. Что там красть? Песок? Маты? Обугленные мишени? Отличное место, чтобы уединиться и побыть вместе.
— Лоер! — крикнула я, запыхавшись.
Он обернулся, рассмеялся, увидев меня.
— Какая ты растрепанная! Неужели бежала? Так хотела меня видеть?
— Да!
Если бы я могла вернуться в прошлое, надавала бы себе по щекам за это «Да»!
Лоер притянул меня к себе, а я запрокинула голову, ожидая страстного поцелуя. Губы потрескались и болели — я каждое утро смазывала их жирной мазью, а они все равно никак не заживали. Норри уже тогда с подозрением наблюдала за мной.
— Не слишком ли Лоер усердствует? — как-то спросила она.
Но я не ответила. Пусть. Я потерплю.
Как же тяжело писать об этом, как мерзко и гадко понимать, что меня все это время использовали. Лоер подчинил мой разум. Но хуже всего, что он прекрасно осознавал, что его предательство меня убьет, разрушит, я никогда не приду в себя, но не остановился бы…
— Я тебя обязательно поцелую позже, — сказал Лоер, сжимая меня в объятиях. — Глупенькая Рози. Пойдем со мной, я приготовил для тебя кое-что особенное.
