Мгновение — и на ладони появился огненный шар. Любой боевой маг сотворит его не моргнув и глазом. В битве огневики летят в неприятеля десятками.
Я с облегчением выдохнула. Конечно, я тоже умела делать огневик: папа научил. Поначалу не раз обжигала ладони: огненный шар оставлял волдыри на руках неопытных магов. Но папа был начеку, сразу выхватывал его.
По ряду побежал недовольный шепот: «Так нечестно, нас этому не учили! Ничего себе — простое задание!»
— Вам не нужно создавать огневик, — продолжил декан, и все примолкли.
— Только удержать его, используя магию. Шар не должен коснуться кожи и оставить ожоги. Мои помощники будут наблюдать за испытанием. Меньше пяти секунд — незачет. Подходите по очереди!
Оборотень расправил плечи и шагнул вперед, мэтр Тирр положил шар на его ладонь и жестом указал на студента-старшекурсника.
— Держи, держи! — прикрикнул тот. — Давай! Раз, два…
Селезенка скукожилась следом за печенкой, а сердце попыталось пролезть в горло и выползти наружу. От волнения я едва соображала.
— Ерунда какая, — произнес скучающий голос за моей спиной. — Детские шалости.
Ой, да, конечно, хлюпик! Посмотрим, как ты запоешь, когда тебе дадут огневик.
Голос у хлюпика, правда, был не как у хлюпика. Если бы я своими глазами не видела тощенького парнишку, решила бы, что за моей спиной стоит гигант: рокочущий голос был полон внутренней силы. Бывает же!
Вот и Вики получила огневик, моя очередь! Я с трудом проглотила вязкую слюну, шагнула вперед. Встретилась взглядом с деканом. У всех магов глаза точно светятся изнутри.
Мне всегда казалось, что в серых глазах папы сияет любовь и нежность. Но в глубине карих глаз мэтра Тирра горела могучая сила. Я даже струхнула.
Огненный шар, похожий на клубок раскаленных нитей, лег в ладонь.
— Направо, — мягко сказал декан.
Пятикурсник, если судить по количеству полос на рукаве мантии, начал отсчет.
— Один, два…
Вообще-то я могла держать огневик сколь угодно долго, поэтому решила покрасоваться. Ну и получить дополнительные баллы.
Вики уже отошла, тряся покрасневшей ладонью, а я повернулась, чтобы посмотреть на остальных.
— Десять, одиннадцать, — считал помощник, и я с удовольствием различала в его голосе нотки удивления.
Мэтр Тирр, отвлекшись, обсуждал что-то с другим преподавателем и не видел моего триумфа. Печально! Зато высокий парнишка с интересом наблюдал за мной, наклонив голову.
Вот он улыбнулся. Вот его зрачки вытянулись, превратившись в две узкие щели, и загорелись желтым цветом.
