Я чувствую, как под его напором делаю несколько шагов назад, а затем меня легонько впечатывает в стену спиной. Глаза блондина горят черным пламенем и смотрят так яростно, будто их обладатель вот-вот начнет меня трясти, как грушу.
Но мне всë равно. Я слишком сильно хочу ясности между нами.
— Да! — вызывающе вскидываю голову. — Не нужна! Теперь это очевидно.
Пальцы Лебеды снова тянутся к моему лицу и, скользнув по щеке, с внезапной резкостью наматывают на себя густую прядь волос, не давая отвернуться."
"— Ни одну девушку я в жизни не хотел так сильно, как тебя, Диана, — тихо и медленно произносит он.
— И ни одна из них не могла заставить меня раньше задуматься над мыслью…
Он делает долгую паузу, рассматривая меня с каким-то горьким сожалением. И от напряженного ожидания дальнейших слов мое тело начинает потряхивать мелкой дрожью.
— Мыслью о чëм? — не выдерживаю первой.
— О том, что я был не прав. Что любовь в том виде, каком ее представляют обычно люди, возможно, и существует. И что я не понимал этого… пока не встретил тебя.
Снова молчим.
Рука Лебеды в моих волосах то натягивает прядь на себя, то ослабляет напор в своеобразной агрессивной ласке. И каждое его движение посылает вдоль моего позвоночника вниз волны мурашек. Наши взгляды прикованы друг к другу невидимой цепью безумного влечения, от которого внутри так болезненно сладко.
С каждым мгновением у меня всë больше кружится голова. Хочется то ли расплакаться, то ли расхохотаться, а потом крикнуть этому пресыщенному женщинами бабнику, какой же он тугодум, раз понял это только сейчас.
И как я же рада, что наши чувства взаимны. Господи, как же я рада…
— Тимур Аркадьевич! Можно? Я привезла на подпись временную доверенность по агентству на Боярова Василия Андреевича, как вы велели…
От легкого стука гипноз момента ослабевает, и Лебеда оборачивается, отпуская меня на свободу.
Я с раздражением наблюдаю, как в дверной проем просовывается голова секретарши из модельного агентства. При виде ожога на лице босса она застывает с приоткрытым ртом… после чего с очень красноречивой торопливой неловкостью отводит взгляд в сторону.
Ее реакция крайне неприятно бросается в глаза. Увы, не только мне одной.
— Диана, ты можешь идти, — спокойно, слишком спокойно говорит Лебеда, заставив мое сердце сжаться от неприятного предчувствия. — Мне нужно поработать.
И снова отворачивается к окну.
Глава 32. Неожиданный гость
Сижу на подоконнике, уткнувшись носом в холодное стекло.
