По моей щеке побежала слеза, когда наши взгляды встретились. Лицо Эльдара не выражало никаких эмоций, но я ощущала поддержку, он меня мысленно подбадривал, обещал, что все будет хорошо. Томаев остановился возле кресла, достал пистолет из-за спины и только потом присел. Несколько секунд тишины нарушил скрип ворот, он ударил по натянутым нервам. Похитители закрыли изнутри ворота — мы в ловушке…
Глава 84
Диана
Алихан встает с ящика, медленно подходит к Эльдару, хочет показать свое превосходство, но Гасанов с презрением смотрит на моего дядю.
— Заждался тебя, дорогой родственничек, — произносит Алихан."
"— Хочешь поблагодарить за сыновей, которым я позволил жить на свободе? — пренебрежительно кривит лицо.
— Хочу! — зло оскаливается Алихан и без предупреждения бьет Эльдара в живот. Крик ужаса застывает на губах. Гасанов был готов к удару, слегка поморщившись, он надменно смотрит на моего дядю.
— Это все, на что ты способен? Не сомневаюсь, что в кулаках Карима больше силы, чем в твоих, — зачем-то подначивает Алихана.
Возмущенно и испуганно наблюдаю за этой картиной, Эльдар, подбадривая и успокаивая, прикрывает глаза на долю секунды.
Эльдар прав, Алихан разжирел за последние два года, стал тяжелым, обрюзгшим, возможно, он не так силен, как Эльдар, но его удары могут нанести непоправимый ущерб здоровью. Как и следовало ожидать, брошенные оскорбления взбесили дядю. Он решил доказать, что в его кулаках достаточно сил, чтобы сломать Гасанова. Наносит удары по голове, по корпусу, по животу.
Быстро выдыхается, но, отдышавшись, продолжает избиение. Каким-то чудом Эльдар остается стоять на ногах. До крови кусаю губы, чтобы не орать.
— Пожалуйста, не надо, — тихим умоляющим голосом.
— Алихан, дай и мне поздороваться с зятем, — вмешивается Сергей Томаев. Неприятный человек, но в данный момент я ему благодарна. Дядя отходит, я вижу Эльдара, к глазам подступают слезы. Он ведет себя так, будто ничего страшного не произошло, а у него губа разбита, нос распух…
Хмыкнув, Томаев протягивает руку, которую Эльдар демонстративно не стал пожимать.
— Хотел быть вежливым, — убирая руку в карман, произносит Томаев. — Ты лишил меня дочери, внучки, работы, отправил в колонию, но при этом чувствуешь себя оскорбленным? — изображает удивление.
— Всего того, что ты перечислил, ты лишил себя сам, — выплевывает Эльдар ему в лицо, которое тут же искажается злобой.
— Тогда не будем больше оттягивать наши дела.
