Мне становится страшно за Матвея. Отталкиваю от себя парня, но он будто не понимает нависшей над ним угрозы, продолжает меня удерживать, вкладывает в это столько сил, что причиняет мне боль.
— Она тебя не любит! — зло кричит Матвей Гасанову. Совсем с ума сошел? Нашел время говорить о чувствах! Мы для него любовники, которых нужно наказать. Основной удар все равно придется по мне, будет лучше, если Матвей не станет вмешиваться и еще больше злить Эльдара.
За спиной скрипит снег, Эльдар делает несколько шагов, а я от страха и волнения престаю дышать.
Боюсь, что Эльдар может ударить Матвея. Это будет неравный бой. Гасанов старше… выше, крепче, сильнее. Матвей мальчишка на его фоне.
— Отпусти, — толкаю открытыми ладонями в грудь. Из-за нервного напряжения получается грубо, но мне сейчас не до извинений. Руки на моем теле ослабевают, я могу двигаться. — Уходи, Матвей. Иди домой, — умоляюще. Он смотрит на меня с болью и разочарованием. Просит взглядом выбрать его. — Я не могу… — первые капли слез падают на щеки.
— Уходи, прошу тебя, — очень тихо, но Эльдар стоит прямо за спиной и все слышит. Потом я обязательно посмотрю ему в лицо. Открыто и смело. Мне есть что ему сказать. Я не сдамся, как моя мама, я буду защищать себя. Если придется, буду кусаться и царапаться, выгрызу себе право жить, а сейчас я должна спасти Матвея...
Глава 50
Диана
— Она уйдет со мной, — все мои старания осыпались прахом, спасаться Матвей не желал, то ли природная дерзость толкала его в драку, то ли градус спиртного в крови.
Не думаю, что его чувства настолько глубоки, чтобы ради них стоило рисковать жизнью.
— Матвей… — умоляю взглядом, чтобы он ушел. В борьбе с Эльдаром и моей семьей он мне не помощник, я не желаю ему участи моего отца. Не хочу всю жизнь носить этот грех.
Это моя вина, что он не уходит. Я ведь знала, что не могу строить отношения, не получив свободу…
— Очень трогательная сцена, но пора ее заканчивать. Диана, зайди домой, — приказным тоном.
— А мы пообщаемся с твоим Ромео, — спокойным голосом, в котором мне слышится смертельно-ядовитая улыбка.
— Матвей, уходи! — повышаю немного голос.
— Без тебя не уйду! — упрямится Усачев. Начинает злиться на меня.
Зачем это упрямство, он делает только хуже! Спор происходит не дольше минуты, а у меня ощущение, что это длится несколько часов. Миллионы моих нервных клеток погибли в эти минуты, и вряд ли когда-нибудь мой организм восстановит хотя бы половину.
