Никто из ребят не знал, в честь кого её так назвали, да это было и не важно. Мы неслись со всех ног на зелёную вершину, где дул прохладный ветерок, а ещё оттуда доносился звонкий девичий смех.
— Стойте! Беляш отстал! — выкрикнул я, видя, что наш пухлый друг, задыхаясь, еле идёт в гору.
— Вот же кабан-переросток! — выругался Крест, отдал трофейных кур Лешему и вместе со мной спустился вниз, чтобы помочь Беляшу. — Давай, толстожопый! Двигай батонами! — рычал Крест, толкая толстяка в гору.
Спустя десять минут мы оказались на вершине.
На зелёной лужайке была расстеляна дырявое покрывало, на которой ютились три красивые девочки лет десяти. Они были значительно крупнее ребят, но это моих подельников не смущало. Судя по всему, каждый из парней был влюблён в одну из девочек. Звали их Маша, Даша и Глаша.
— Дамы, сегодня у нас отличный улов, — похвастался Крест, широко улыбаясь. Он старался говорить галантно и был уверен, что звучит как аристократ, но это было не так.
— А кто это с вами? — спросила голубоглазая Даша, пропустив мимо ушей слова Креста, и указала на меня изящным пальчиком.
— Это? — нахмурился Крест. — Да это Мишка Футболист. Он двух кур добыл, — с гордостью в голосе заявил Гарик, чем меня порадовал. Не люблю людей, которые присваивают чужие заслуги.
Мы уселись на скатерть, и оказалось, что девчонки пришли не с пустыми руками. Они принесли хлеб, солёные помидоры, крынку молока и печенье. Ребята обсуждали, как лихо прошло ограбление, а я жевал курицу, закусывал её рыбой и смотрел на чадящие трубы заводов.
Даже здесь чувствовался смрад, источаемый промышленностью. Но вкус трофейных продуктов это ничуть не портило.
Зато была куда более серьёзная проблема. Девчонки наперебой засыпали меня вопросами:
— А ты давно сюда переехал? А кто твои родители? А где живёшь? Ой! Да это совсем рядом со мной. Проводишь меня?
Маша, Даша и Глаша перебивали друг друга и всячески пытались перетянуть моё внимание на себя.
— А тебе нравится моя косичка? А моё платьице? А я петь умею красиво! Ой! А я танцевать! Зато у меня папа бригадир!
От звука их бесконечной болтовни у меня разболелась голова, а ещё я заметил, что ребята смотрят на меня с обидой.
Сильнее всех задело Лешего. Он и вовсе смотрел на меня так, будто был готов убить. Леший поднялся, подошел ближе и пнул меня по подошве кроссовок.
— Пошли прогуляемся, — буркнул он, посмотрев мне в глаза.
— Лёх, мне с тобой делить нечего, — начал было я, но меня тут же перебили.
— А мы ничего делить и не будем.
