На лице сама собой возникла улыбка. Удобная штука. Нужно таких побольше раздобыть.
После того как трофеи были собраны, я прошелся от трупа к трупу, макал палец в кровь и оставлял отпечаток на внутренней стороне рубахи. Позже посмотрю, что за доминанты были у этих дегенератов.
Включив экран смартфона, я запустил браузер и пролистал историю поиска. «Грязные домработницы», «похотливая крестьянка», «графиня изменяет мужу с конюхом», «императрица вызвала сантехника, чтобы прочистить трубы». Жуть. Что за извращуга пользовался этим телефоном? Очистил историю и вбил в строке поиска «новости».
Первый же заголовок привлёк моё внимание: «Император повышает налоги ради великой победы!». Стало интересно, где будем побеждать, нажал на ссылку и тяжело вздохнул. Запустилось видео, на котором статный мужчина стоял перед толпой людей и толкал речь, суть которой заключалась в следующем:
«Проклятые азиаты лезут со всех щелей и пытаются захватить Дальний Восток. В честь этого увеличиваются налоги на войну. А также объявляется призыв аристократов и их войск на защиту родины.
Причём под видео была приписка что 'это касается лишь аристократов, живущих в глубине континента, те, кто проживают вблизи аномалии, должны оставаться на местах и сдерживать её распространение».
Пролистав ещё ниже, я увидел список тех, кому предстояло повести людей на смерть, но прочитать этот список я не успел. В гараж ворвался Гав с топором наперевес и увидел меня, перемазанного кровью, с телефоном в руках.
— Эммм… Ты же должен был столожить дом, — проговорил я, натянуто улыбнувшись.
— Какого чёрта здесь случилось? — ошалело спросил капитан, осматривая переломанные тела.
Я воспользовался тем, что он отвёл взгляд, и отправил смартфон в пространственный карман.
— Так это… Слышу я, значит, что ночью кто-то стлеляет. Ну я и…
— Ты мне зубы не заговаривай! Как только раздалась стрельба, я тут же побежал на звук. Хочешь сказать, что ты бегаешь быстрее спецназовца? — возмутился Гав.
— Хочу сказать, что ты, Станислав Каллович… — попытался я обратиться к нему по имени отчеству, но понял, что зря это сделал и заржал.
— Уах-ха-ха!
— Ты как меня назвал, гадёныш? Я Карлович!
— Я так и говолю. Каллович. Пха-ха-ха!!!
Слёзы сами собой хлынули из глаз, и я впал в форменную истерику. Задыхаясь от смеха, почувствовал, как Гав схватил меня за грудки и оторвал от земли, но от этого стало только смешнее. А ещё он заметил топорщащийся карман и тут же вытащил оттуда пачку купюр.
