Пока я жив, этого не случится. — Юрий заметил, что в его сторону бежит восторженный Богданов и тут же спрятал окровавленный платок в карман.
— Юрий Константинович! Что это было?! Вы уже достигли ранга абсолюта?! — выпалил Богданов, разинув рот от восхищения.
— Почти, — скромно ответил Юрий и почувствовал вибрацию телефона. Он достал аппарат и принял звонок. — Да, отец. Понял. Будет исполнено. Во славу рода. — Лицо Юрия мигом стало каменным, и он обернулся к усатому помощнику. — Отец приказал отступать.
Отдай приказ, чтобы бойцы готовились к погрузке.
— Юрий Константинович! В каком смысле — отступать? — Богданов от услышанного побледнел, а его руки затряслись. — Скоро ведь пойдёт новая волна тварей. А как же наш уговор?
Юрий тяжело вздохнул и сказал:
— На наш род напали Черчесов и Малышев. Мои бойцы нужны на передовой.
— Проклятье. Как же это всё не вовремя… — прошептал Богданов. — И что же теперь нам…
— Александр Сергеевич, желаю вам пережить расширение аномалии.
Если станет совсем худо, отступайте на наши земли. — Юрий спрыгнул с броневика, пожал руку Богданову и направился в сторону грузовиков, в которые уже происходила загрузка снарядов и прочего снаряжения.
За спиной Юрия Константиновича остался барон Богданов, который уже осознал, что без помощи Архаровых баронство неминуемо падёт. Ведь линия соприкосновения с аномалией велика, а бойцов так мало.
* * *
День прошел, словно яркая вспышка. Бац! И нет его. Уже вечер. Ужинаем и ложимся спать.
Капитан оценил мои навыки рукопашного боя и фехтования. Он остался недоволен, да и я тоже. Ведь теперь я — гордый обладатель шишки на лбу. Чёртов громила подловил меня и отвесил щелбан. А пальцы-то как сардельки! Такими и убить можно.
За сегодня я так вымотался, что даже не стал пытаться добыть его кровь с помощью Мимо. Лёг под бок мамы и, пригревшись, готовился заснуть. Едва я закрыл глаза, окно за моей спиной зазвенело, разлетевшись на тысячу осколков. В комнату влетела бутылка с зажигательной смесью — я понял это по запаху.
Она всколыхнула простынь, которой мама завешивала окно, и скатилась вниз. Горючее вылилось из бутылки, подпалив и пол, и простыню. Комнату стремительно заволакивал дым, мама вскочила, прижала меня к себе и завизжала от испуга. Краем глаза я заметил, как Гав схватил топор и выбежал на улицу.
Глава 17
— Миша! Нужно спрятаться! — испуганно выкрикнула мама, шаря взглядом по комнате.
