В одну кастрюлю она почистила картошку, морковку, набросала зелени, а сверху вывалила банку тушенки и залила это адское варево водой. Классическая походная история. Добавишь воды побольше? Будет суп. Воды поменьше? Каша. А ещё она воспользовалась моим советом и запекла тыкву. Через полтора часа всё было готово. Мы сели за накрытый стол и принялись орудовать ложками.
Как оказалось, мама варила суп, но не уследила за уровнем воды — и вышла каша. За это её никто не укорял, а наоборот, радовались, что еда не сгорела.
Вот только специй у нас не было, из-за чего каша вышла пресноватой. Зато тыква в качестве десерта зашла на ура. Смолотили её всю без остатка. Гав с довольной физиономией прислонился к стене и икнул.
— Спасибо, хозяюшка. Было вкусно.
— Ещё бы, — деловито заявила мама и расплылась в счастливой улыбке.
— Мам, а где ты ты так научилась готовить? — спросил я, доедая свою порцию тыквы.
Мама лишь отмахнулась.
— Пожила на полном обеспечении Архарова, вот и научилась.
В её словах сквозила обида.
А учитывая то, что мама батрачина на старуху и потрошила рыбу для продажи, могу предположить, что в лучшем случае её обеспечивали продуктами, а готовить их приходилось самой. Если это полный пансионат от моего папаши, то как же она жила раньше? Гаврилов достал пачку сигарет и спички, запихнул в рот папиросу, но напоролся на наши с мамой строгие взгляды.
— Что не так? — возмутился было он.
— Зля я тебя подлатал. Всё лавно подохнешь от кулева, — покачал я головой и запихнул в рот последний кусок тыквы.
— Если хочешь курить, то кури в окно, а лучше на улице, — строго заявила мама.
— Неженки, — фыркнул капитан и отправился открывать форточку.
Я же посмотрел на маму. Она выглядела отлично. Да, немного устала, не мешало бы сходить в баньку помыться, но было в ней какое-то величие, что ли. Это и заставило меня задать вопрос, который ранее вечно был не к месту.
— Мам, а какая у тебя девичья фамилия?
— А это важно? — тут же помрачнела она.
— Елизавета Максимовна, мне тоже интересно.
А то ваш образ не слишком-то вплетается в родовые черты Архаровых. — Гав чиркнул спичкой и, подпалив сигарету, затянулся.
— И какие же у них черты? — хмыкнула мама.
— Ну-у-у. Такие. — Капитан взмахнул в воздухе тлеющей сигаретой, нарисовав окружность, как будто это что-то объясняло.
— Округлые? — прыснула со смеху мама.
— Что? Нет. Я хотел сказать, хладнокровные, решительные.
— А я, стало быть, нерешительная? — нахмурилась мама.
