Никак не из тех гражданских, что только что в него погрузились. Судя по экипировке – прибывший сюда только сейчас. Тот самый наблюдатель таинственной организации.
– Зараженного сюда, – непреклонно сказал он.
– Это почему это? – дерзко спросил я, готовясь к чему угодно. К тому, что вот сейчас он заставит нас оставить девушку здесь. Или даже попробует застрелить ее. Тоже мне борцы за чистоту.
Видимо, мое отношение было слишком очевидно. Тоско быстро подошел и положил руку мне на плечо. Только после этого я понял, что держу в руках пистолет со снятым предохранителем.
– Там специальный бокс, – тихо пояснил мне Тоско. – Одно из условий. Они вообще не хотели разрешать ее вывозить. Согласились только потому, что мы и сами скоро окажемся в полной изоляции, да и заразность у бешенства очень низкая. По их меркам.
Я медленно кивнул, не сводя с незнакомца взгляда.
Он на меня даже не посмотрел. И отвечать на мой вопрос тоже не стал.
Проводы были недолгими. Мы взлетели минут через семь после того, как приземлились вертолеты.
Я сидел рядом с герметичным боксом, в который уложили девушку. Изоляторы, надо сказать, действительно имели доступ к неким ресурсам. Бокс был оборудован почти как медицинская лаборатория. С собственной капельницей, контролем пульса, дыхания, возможностью вводить лекарства, даже не нарушая герметичности.
Я сидел рядом с неподвижной девушкой и смотрел вниз, на удаляющуюся больницу.
От нее, по пустому разрушенному городу, медленно брела вереница людей.
* * *Возможно, нам следовало озабоченно следить за тем, как затихает эфир. Спутниковое телевидение по-прежнему транслировало сотни каналов со всего света. Вот только все больше из них показывали лишь монтажную сетку вместо передач.
Стало меньше радиостанций. Из тех, что передавали хоть что-то, кроме помех в эфире.
Возможно, нам следовало испугаться. Но, во-первых, все это началось не вчера. А за пару недель мало что поменялось по существу. Ну, подумаешь, еще пара каналов, которые передавали хоть что-то путное, перестала вещать что-либо вообще.
Подумаешь, исчезли местные радиостанции. Так ведь карантин. Все это выглядело почти нормальным, если рассматривать это с учетом направления, в котором все двигалось.
Ненормальным было само направление.
Интернет по-прежнему бушевал. Может, на планете стало меньше людей и многие из живых окончательно потеряли доступ к сети, но и оставшихся хватало с лихвой. Я судорожно качал данные из сети.
