Этих из «Генной логики»… ведь не разберешь… Такое иногда услышишь – блевать тянет.
– Встать. Бегом… марш, – словно в такт рядовому, произнес сержант.
Мы вновь побежали. Что-что, а разогревать взвод сержант умел. Ну, хоть никто не простудится, не заболеет.
Я ошибался, думая, что сержант ограничится банальной пробежкой. В принципе, можно было и догадаться, что столь коварно разработанный план, включающий в себя смотрение сквозь пальцы на нашу вечернюю попойку и посиделки, тщательно рассчитанный подъем «по тревоге» в строго выверенное время – все это не могло закончиться так просто.
В конце пробежки нас ждало обмундирование под стать полицейскому, тому, в котором они разгоняли демонстрации. Тогда, когда кто-то еще ходил на демонстрации. А может, даже и потяжелее. Бронекостюм нам показывали. Модифицированный кевлар, усиленная модель для ведения боевых действий в городских условиях. То есть, в теории, может выдержать прямую очередь калибра 5.45 почти в упор. А может и не выдержать. Не верил я всем этим утяжелителям.
Ложное чувство спокойствия. Щит вообще выглядел смешно. Какой щит против подствольного гранатомета? Шлем сильно сужал обзор и вдобавок мешал вертеть шеей. Штаны казались чуть полегче, но их создатели тоже явно исходили из того, чтобы передать владельцу чувство безопасности. Особенно – за детородные органы.
И все это весило адски много. Не для меня.
Такое ощущение, что все это представление сержант подготовил только для того, чтобы в итоге унизить меня одного. Понятно, что я во взводе был самым щуплым, и не только во взводе, а вполне возможно, и на всей базе.
Но вроде бы до сих пор никак и никому не показал, что делаю что-то хуже или медленней. Но если на тебя повесить этот клоунский костюм килограммов в пятьдесят, то понятно, что будет. С учетом, что мой вес был немногим больше.
Остальные-то шли в структуру безопасности корпорации, зная, куда идут. Возможно, даже желая этого. И абсолютное большинство из них, даже те, кто не сильно увлекался бланками, весило от ста и больше.
Для этого большинства надетое на них обмундирование оказалось лишь довеском. Может, и неприятным, но вполне терпимым.
Я же еле стоял.
– Что, солдат? – язвительно спросил сержант. – Ты думал, что у нас не нужна сила? Или мышцы? Так нужно и то, и другое! Выпрямиться, солдат! Поднять щит! Если не поднимешь щит, дам тебе пулемет, а он еще тяжелее. Что ты хочешь нести? Щит или пулемет?
Я молча поднял щит. Почему-то мне показалось, что возражать сержанту бесполезно.
