Быстрее и быстрее.
Внизу живота становится жарко. Там скручивается тугой узел, хочется получить удовольствие вместе с ним. Эмиль что-то рычит, но я не соображаю. Лишь расслабляю горло и наблюдаю, как этот мужчина трахает мой рот. Но он резко тянет меня назад, сам же встает. Стягивает с меня брюки и белье, раздвигает ноги. Перед этим рассматривает меня потемневшими от страсти глазами.
Схватив за колени, притягивает к себе. Одним рывком входит и наклоняется ко мне. Жадно целует в губы, проводит рукой по шее. Сжимает ее.
Боже, как же мне хорошо! Просто обалденно! Хочется еще и еще. Хочется, чтобы это безумие никогда не завершалось.
— Ты просто охеренная, — проговаривает хрипло, часто дыша. — Моя девочка.
Толчки усиливаются. Раз, второй, третий... Еще глубже, еще резче, до самого конца.
— Господи, Эмиль, — свой голос я не узнаю. Зарываюсь пальцами в густые волосы мужчины, сжимаю их в кулаке. Глаза сами собой закатываются от удовольствия. Внизу живота растекается тепло.
Бестужев снимает с меня всю одежду, оставляет абсолютно голой.
Рассматривает. Жадно, голодно. Каждую частичку моего тела. Будто запоминая. Выучивая наизусть.
Он находит губами соски, облизывает языком, сжимает зубами. Дарит удовольствие. Еще несколько толчков. Резких и глубоких. Его член так сильно ощущается внутри меня... Толчок и еще... Взрыв наслаждения...
— С ума сведешь, — рычит у уха Эмиль. — С катушек слечу рядом с тобой.
— Слетай на радость, — язвлю в ответ, обнимая его шею и притягивая к себе. — Я люблю тебя, Эмиль.
Как никого в этой жизни. Как никогда.
Бестужев вздыхает и снова целует меня в губы. Встает, не спеша одевается, а потом помогает мне.
На миг мне становится обидно. На мои слова он не отвечает, но я вижу, как он плотно сжимает челюсти, а по лицу ходят желваки. Эмиль помогает встать и сразу же притягивает к себе. Обнимает за талию и утыкается носом в шею.
— Дай мне немного времени, Арина. Не дави, — хрипло проговаривает в ухо. — Я не тот, кто будет тебе признаваться в любви и каждый день делать сюрпризы.
Совсем не тот. Не жди от меня того, чего никогда не будет. Не может быть, — глубокий вздох. Эмиль втягивает воздух у мои волос, прижимает к себе еще сильнее. — Но я сделаю все, чтобы быть с тобой таким, какая ты со мной.
Через минут десять, приведя себя в порядок, мы спускаемся вниз, покидаем компанию. Эмиль увозит меня в «наш» ресторан, заказывает ужин. Телефон Бестужева звонит, и он бросает пару неприличных слов в адрес Глеба. Выходит и отвечает.
