Спустись на землю, Бестужев. А насчет Глеба... Я всего лишь пошутила. И да. Мне неприятны твои долбанные намеки, и ты это прекрасно понимаешь. А у Салтыкова, между прочим, есть девушка.
— Девушка... — уголки губ Эмиля ползут вверх. — От нее он может избавиться, пару раз щелкнув пальцами, Арина. Она ему не нужна. Да и вообще... Никакой мужчина не захочет рядом с собой безмозглую куклу.
— Я ее безмозглой не считаю. Голова у нее есть, если, конечно, включит ее и займется делом. Но пока что она предпочитает вести себя как стерва и раздвигать ноги перед Глебом.
Надеюсь, что Салтыков не устанет от нее. Как-никак, она немного его отвлекает. Мне совсем не нравится, когда он ведет себя как пуп земли.
— Это неважно, — усмехается Эмиль, откидываясь на спинку дивана. — Главное, я тебя предупредил. Глеб всегда действует так, как ему выгодно. Вбей мои слова в свою прекрасную макушку, — он стучит пальцем у виска. На лице нет ни капли теплоты. Злой он. Очень злой. — И не смотри ты на меня так. Бесишь.
— Вот как, — подаюсь я вперед и невольно облизываю пересохшие губы.
— А ты докажи, что я тебе безразлична.
Эмиль аж замирает, задержав взгляд на моих чуть приоткрытых губах. Между его бровями образовывается складка. Смотрит хмуро, но при этом с усмешкой. Ответить не успевает, потому что официант появляется совсем не вовремя, ставит на стол выпивку. Эмиль без церемоний наливает виски в стакан и залпом отправляет в рот. Я же морщусь...
— С огнем играешь, — хрипло и севшим голосом говорит он, как только парнишка уходит.
— Поверь, я не такой, каким кажусь. Я не мягкий и нежный зайчик, который будет терпеть твои выходки, Арина. Могу быть жестким и безжалостным. Так что сбавь обороты, девочка.
И его это «девочка» настолько нежное, что мне прильнуть к Бестужеву хочется. Это он жесткий и безжалостный? Да нет же! Я давно не девственница. Правда, мужчин в моей жизни было двое. С первой любовью (я так считала когда-то) жили целый год. Хоть немного, но характер мужчины могу определить по его поступкам.
Эмиль... Нет, не может он быть таким, каким себя пытается показать. Чего не скажу о Глебе.
— Кем тебе Салтыков является? — интересуюсь я, откидываясь обратно на спинку дивана. — Если не секрет, конечно. Мне просто интересно, Эмиль. Странный ты человек. Ну а если честно, я бы сказала, загадочный. Ты только снова на небо не поднимайся, окей? Я люблю быть откровенной и говорить все в лицо.
— Он мой брат, Арина. Росли вместе. В школе вместе.
