Я ошибся и буду расплачиваться за ошибку до конца своей жизни, но теперь всё будет по-другому.
Я проклинала себя за слабость, но мне отчаянно хотелось ему верить. Что он не предаст и всё будет хорошо.
Но когда утром я пришла в школу, размышляя о том, что надо сделать влажную уборку, меня встретила жестокая реальность.
— Ты как таракан, Элизабет, — вместо формального приветствия припечатала меня леди Грэй, стоявшая в одиночестве на крыльце. — Такая же омерзительная и живучая. Надо что-то с этим делать.
Глава 70
На миг я онемела. Горло моментально пересохло, а перед глазами заплясали чёрные, уродливые пятна.
Женщина, превратившая пять лет моей жизни в одно бесконечное испытание, стояла передо мной во всей своей холодной красоте.
Идеальная до мелочей.
Причёска, одежда, кожаные туфли без единой пылинки, несмотря на отсутствие в Ларни брусчатки.
Глаза Вайноны Грэй сверкали злобой, а губы были сжаты в бесцветную, тонкую линию.
— Я смотрю, мой визит тебя не удивил.
Это был не вопрос, а утверждение. Слова, одно за другим, слетали с её губ, превращаясь в острые стрелы, смазанные ядовитым высокомерием.
Но всё изменилось, и уже ни одно не достигло своей цели.
Не отравило моё сердце.
Я медленно расправила плечи, выпрямила спину и прошла мимо неё с высоко поднятой головой, едва удерживаясь от дрожи:
— Мы больше никто друг другу, Вайнона. И нечего со мной так разговаривать. Выбирайте выражения, вы же леди.
Проходя через сени, я почувствовала меж лопаток её ненавистный взгляд, и в какой-то момент мне даже показалось, что чуткий слух уловил неприязненное шипение.
Не удивлюсь, если у этой ведьмы в роду затесалась пара ядовитых змей.
По пути заглянула в каморку с инвентарём, вытащила метлу и начала подметать класс, стараясь сосредоточиться на спокойных и размеренных движениях.
Вжух-вжух.
Но леди Грэй не думала уходить. Морща свой идеальный нос, над которым местные бьюти-маги явно работали не одно десятилетие, она остановилась на пороге и брезгливо дёрнула уголком рта:"
"— Сарай.
Идеальное место для такой, как ты.
— Вот тебе и светские манеры, — вполголоса хмыкнула я, продолжая своё нехитрое занятие и пропуская мимо ушей её оскорбления.
— Опозорила нас всех! — плевалась ядом бывшая свекобра, глядя на меня сверху вниз.
“Не обращай внимания, пускай бухтит себе пока не надоест,” — вновь и вновь повторяла про себя, сжимая пальцами шершавое древко.
