Случись такое, не скажет ведь, молча уйдёт в поля — гордая.
Пора навестить её самому, поговорить и узнать, как дела. А там и продать ушкана, помочь Ольге, как всегда и планировал.
Едва вышел на поляну и убедился, что незваных гостей нет, как тут же крикнул:
— Красавчик! — позвал я горностая.
Зверёк тут же выскочил из избы, проскользнув в открытое окно одним плавным движением. Он приземлился рядом со мной и вопросительно наклонил голову.
Я присел на корточки и протянул руку. Горностай обнюхал пальцы, потёрся мордочкой о ладонь.
— Останешься здесь, — сказал я, поглаживая его за ухом. — В лесу поохотишься ночью, если что.
Татуировки потеплели, передавая важность задания.
Красавчик недовольно тявкнул — хотел идти со мной.
А когда наступил вечер, решил обратиться и к кошке. Одному идти в деревню было бы проще, но что-то подсказывало — лучше иметь под рукой союзника. Да и, честно говоря, хотелось просто иметь рядом верного спутника. Ведь в деревне все до сих пор шарахались от «больного».
Я сосредоточился на связи с хищницей, красные узоры на предплечьях вспыхнули ярче.
— Девочка, — направил мысль в темноту леса. — Я иду в деревню. На этот раз нужно быть рядом, я настаиваю.
Несколько секунд тишины, затем отклик чистой эмоцией. Волна готовности смешалась с достоинством хищника.
Я ощутил её приближение и замер в ожидании.
Через некоторое время воздух задрожал, словно от миража, и начали проступать контуры. Массивная голова с треугольными ушами, широкая грудь, покрытая полосатой шерстью.
Что за огромная зверюга! Никак не привыкну.
Кошка материализовалась полностью, встряхнулась, будто сбрасывая невидимость, как капли воды. Зелёные когти поблёскивали в лунном свете, а в жёлтых глазах читалось спокойное внимание. Она села в трёх шагах от меня, обернула хвост вокруг лап и терпеливо ждала.
— Навестить Ольгу надо, — объяснил я вслух.
Кошка понимающе мяукнула — низко, гортанно, совсем не по-домашнему. Её хвост дёрнулся, уши встали торчком. В её напряжённой позе читалась готовность к действию — стоило мне дать сигнал, и она превратится в смертоносную тень, если будет нужно.
— Да нет, всё в порядке. Будешь в отдалении. Но только тихо, — добавил я, поглаживая её по массивной голове. Шерсть была удивительно мягкой, и под ней чувствовалась сталь мышц.
Жёлтые глаза сузились, и кошка медленно моргнула. Но затем она чуть наклонила голову набок и издала негромкое мурлыканье с вопросительной интонацией.
