— Миш, да это же Фотошоп! И полная ерунда!
На фото был мой супруг, лежащий на постели вниз лицом (вот поэтому так лицо и отекло!) целомудренно прикрытый простынкой до пояса, но с голым торсом, и рукою обнимавшей шикарную, голую же полностью сисястую блондинку, нашу экономку. На другом фото она прильнула к нему, страстный поцелуй, вот она шарит под простынкой по Мишке. Интересно, что она там пытается найти? Я точно знаю, если Мишка набирается вот так, мертвецки, то он полная недвижимость, и в плане сексуальных утех тоже.
Никакая Виагра и даже строительный кран не поможет.
Так что не получилось у нас ни развода, ни скандала. Хотя нет, скандал был. Когда увольняли экономку.
Прогуливалась я почти до вечера, убивая время, потом двинулась к себе в отель, Квин Мария.
Спокойно приготовилась ко сну, на сон грядущий выпила воды из графина, стоявшего на прикроватной тумбочке, и легла спать, мудро рассудив, что так быстрее пройдет томительное ожидание. Внезапно у меня начала сильно кружиться голова, но сил открыть глаза уже не было, и шевельнуться тоже.
Сердце сильно забилось, потом понеслось вскачь, потом начались перебои и наконец, в последний раз, гулко как-то бухнув в пустоту, оно совсем замерло. Навсегда.
И я уже не видела, как через полчаса, ко мне в номер осторожно вошли две молодые женщины. Одна из них была дежурным портье этого отеля, а вторую, если бы я была жива, могла бы опознать, как свою бывшую экономку. Но этого я уже не узнаю никогда. Как и того, что они осторожно положили на тумбочку письмо с логотипом моей клиники, где было написано, что лечение бесполезно и детей у меня не будет никогда.
Они ещё не знают, что их афера будет легко раскрыта королевским коронером, так как в клинике скажут, что такого письма они никогда не отправляли, наоборот, все было успешно. И у миссис Дубровин не было никаких абсолютно причин принимать смесь бешеного количества снотворного и сердечных гликозидов. И что усилия добиться внимания Михаила Дубровина тоже потрачены даром.
В эту же ночь Михаил Дубровин погиб по дороге в аэропорт, не справившись с управлением на скользкой от дождя дороге.
Глава 2
Сознание возвращалось медленно, толчками, я то плавала в красном горячем тумане, то слышала чьи-то голоса, тонкий заунывный плач, то опять погружалась в приятную темноту, где не было ничего… в одно из выныриваний из темноты почувствовала, что красный туман становится светло-розовым и голоса становятся отчётливее.
