– Какое ещё зелье?
– Для голоса, Элис! – девушка закатила глаза. – Для голоса и лица. Хватит притворяться! Ты не могла это забыть!
Она сказала, а у меня мурашки побежали. Просто возникло ощущение, что никакой это не укол, и что кареты скорой помощи, увозящей меня в клинику экстренной психиатрии, нет.
Что я в самом деле попала непойми куда, очутившись на месте некой авантюрно настроенной особы. Девицы, которая собралась утереть всем нос.
– Три недели? – переспросила я.
– Да, – поморщилась брюнетка и добавила: – Тех, кто не справляется, отсылают по домам раньше и к Оку Жизни не допускают.
Ты должна пройти все испытания, чтобы добраться до Источника. Другого варианта нет.
Брюнетка сделала шаг вперёд и порывисто обняла. А отступив, вынула из кармана небольшой серого цвета кристалл и бросила его на пол. Секунда, и перед нами возникло нечто огромное и мерцающее. Первая ассоциация – пространственный портал.
– Зелье во внутреннем кармане, – сказала брюнетка. – Лучше выпей прямо сейчас.
Я не услышала, заворожённо глядя на мерцание и вновь ловя себя на ощущении, что всё взаправду.
Ощущение не нравилось категорически.
– Всё, пора, – выдохнула брюнетка.
Я кивнула, но с места не сдвинулась. Стояла в надежде, что сейчас наконец придут санитары и галлюцинация отпустит. Да и в школу совершенно не хотелось, особенно в мужскую. Лучше тут остаться. К дворцовому интерьеру я уже привыкла, а к школе и порталам ещё нет.
Вот только спрашивать меня никто не стал. Брюнетка выждала немного, а потом ей надоело.
Я даже не поняла, как она это сделала – просто тычок, толчок, какая-то подсечка, и я уже лечу в мерцание. Ныряю в него, чтобы тут же оказаться в принципиально другом месте и услышать зловещее:
– Ну-ка, а это у нас кто?
Место, в которое меня переместило, выглядело непрезентабельно. Длинное нечто с бесконечным рядом двухъярусных кроватей, напоминало даже не казарму, а барак.
Тут было холодно, мрачно и нестерпимо пахло гуталином. Сглотнув нервный ком, я повернулась на голос – к тому, кто ехидничал по поводу моего появления.
Лысый мужчина плотного телосложения и с брюшком, широко оскалился и, окинув меня взглядом, констатировал:
– Какой-то ты хлипкий.
Я промолчала – да, всё верно.
– Как звать? – спросил лысый.
– Эстас эр Харринтер.
Брови лысого приподнялись, лицо вытянулось, а я испытала острое желание хлопнуть себя ладонью по лбу. Зелье-то не выпила! Голос не поменялся! У-у-у!
– Э… Эстас, – делано пробасила я и закашлялась в целях маскировки.
